Петя с Зиной были парой молодой. Влюблены были так безумно, как только в романах описывают. И все в юных их жизнях складывалось замечательно - нашлись в бурлящем океане жизни и преданность имели чувству.
И лишь один момент портил безоблачность любви - вопрос материальный. А дело в том, что Петя получку небольшую имел. А Зина - и вовсе жалкие гроши. Так часто в молодые годы бывает - горят глаза пары огнем страсти и голода.
Петя, конечно, без Зины вовсе жизни не представлял. Так и говорил всем:
- Я без Зины - потерянная душа и лишний человек. Только распрощаемся - так мне сразу белый свет не мил. Очень без нее убиваюсь. Буквально погибаю.
А Зина такое же ощущение имела - чуть Петя в трамвай вскочит после пламенных свиданий, так и все - страдание до зари.
Выход, как видится, в таких ситуациях один - совместное проживание. Тогда и рыдать не придется никому - все рядышком и за руки нежно держатся.
Начал жить с женщиной мечты. Хватило на два месяца
Но вопрос материальный стоял крайне остро. И жить паре совместным бытом было совсем уж негде. У Зины родительская ее семья сама друг у друга на голове проживала - по причине многодетности. А Петя и вовсе приезжий из отдаленного села.
Товарищи советовали влюбленным небольшой угол снять. Но Пете с Зиной и угол не по карману получался. Коли этот угол снять, то и питаться пришлось бы им одним лишь свежим воздухом. А так не шибко долго человек протянуть может - если только воздух и любовь потреблять, а не, допустим, еще и макароны с котлетой в обеденный час.
Зина лоб наморщила, варианты покрутила - и вспомнила. Дедка с бабкой ее родные в излишне большой квартире проживают. И очень уединенно живут. Большими отшельниками. Всю жизнь из себя нелюдимые. Чуть к ним гость на порог, так сразу и песню заводят: а дайте-ка нам помереть в тишине. Не хотим табору в нашей прекрасной жилплощади. А ведь целых три комнаты в той недвижимости имеется! В одной бабка с дедкой сны смотрят, в другой - телевизор. А третья невостребованной стоит - там кадка с фикусом только пылится. И очень несправедливо так складывается, когда фикусу более в жизни свезло, нежели отдельной паре влюбленных.
Сын предложил поменяться квартирами: довольно тебе, мама, на широкую ногу жить
- Милый друг, - Зина Пете своему говорит счастливым голосом, - а есть ведь один прекрасный вариант! К родным моим бабке с дедкой в ближайшую субботу заскочим. У них большая площадь стоит почти без дела. Им, древним людям, такой уж и не требуется площади. Чай швыркать и телевидение глядеть можно и на пятачке небольшом. А мы к ним в гости, значит, забежим. Побеседуем, так сказать, о здоровье, пенсиях и ценах на товары народного потребления. Разведуем обстановочку. Вотремся в ихнее доверие.
- А чего же попусту втираться, - Петя в ответ спрашивает, - сподручнее, пожалуй, сразу и вещички с собой захватить? Вы вон пальтишко свое прихватить не забудьте - похолодает вскорости. Если площадь солидная, то и примут с объятиями распростертыми, небось. Одиноко им вдвоем-то по хоромам шастать.
Мама невесты знакомиться пришла. И сбежала в шоке
- Ха, - Зина усмехается едва, - не так все просто в этой жизни. И объятий тут сильно ожидать не приходится. Здесь особый маневр требуется. Вы, Петя, главное, как мы в гости заскочим - сразу про здоровье внимательным образом слушайте бабку с дедкой. Сядьте на пуф - и не единого слова про здоровье не упускайте. Иногда вот можете только глаза сочувственные сделать. И головой сокрушенно помотать. Смогете?
- А к чему эти театры народной драмы? - Петя все не понимает.
- А к тому, - Зина ему поясняет, - что таким манером мы на трамвай последний промешкаемся. И под этим соусом присоседимся заночевать. Дальше - больше. На следующее утро снова слушать усядемся. И вновь на транспорт опоздаем. Так, мабуть, и примелькаемся родственникам. Сольемся с интерьерами. И останемся там навсегда.
- А к чему, - Петя спрашивает, - такой извилистый путь? Отчего бы нам прямо на постой не потребовать?
- Тю, - Зина с тяжким вздохом отвечает, - ты моих дедку с бабкой плохо знаешь. Бабка Муся не шита лыком. И кого попало не подселит. Тут изворотливо нужно действовать. В лоб горячку никакую не пороть. Маленькими шажками следовать. Бабка хитрая - едва про постой догадается - так сразу тугоухость и изобразит. А дедка Митя в и вовсе в милицию телефонировать кинется. Плавали - знаем.
На том и порешили влюбленные. И в ближайшую же субботу в гости проникнуть наметили. Петя по такому случаю даже “Дунькиной радости” с полкило купил - к чаю. И глаза грустные у трюмо уже вовсю репетирует.
У деда с бабкой слишком большая квартира. Пришли к ним на постой. Ч.2