Эпичное сражение за тёмный артефакт заканчивается не менее эпичным падением Вэй Ина со скалы...
Прошло 16 лет.
За занавеской сидит загадочный человек с веером и слушает, как седой старец рассказывает младым отрокам о старейшине Илина, том самом Вэй Ине, чьё тело, между прочим, так и не нашли после падения. А поскольку он был злом во плоти, то можно использовать этот момент для запугивания маленьких детей. "Вэй Ин как выскочит, как выпрыгнет и превратит вас в жабу".
В это время в странном месте, на первый взгляд совершенно не пригодном для проживания среди паутины и бычков тучи висящих талисманов приходит в себя странный персонаж. Внешне неухоженный, внутренне смущённый. Неужели он всё ещё жив? А как же скала, с которой он упал? Да что вообще такое происходит?!
Вдруг он слышит голос, сообщающий ему - бестелесному духу - о передаче в его бессрочное пользование мужского тела для свершения мести за вечно обиженного, оскорблённого и неспособного постоять за себя господина Мо. Как будто в доказательство сказанного, появляется толпа не малолетних хулиганов и немного пинает уже вернувшегося к жизни старейшину Илина. Тот терпит, поскольку ещё до конца не разобрался в происходящем. Ага, значит Некто не позволил Ему упокоиться, а призвал обратно в мир живых и предоставил себя в качестве вместилища души. И теперь Вэй Ину в образе господина Мо придётся искать обидевших этого товарища и мстить им. Ладно, неплохой расклад. Похулиганить можно.
Уже через некоторое время окончательно придя в себя Старейшина совершает своё первое после воскрешения злодеяние. Обездвиживает нападающего на него парня щелчком пальцев и забирает у него кулёк с орешками. Перекусив и приведя себя в относительный порядок, то есть умывшись, причесавшись и придя в свойственное ему весёлое настроение, выходит прогуляться. И видит прибывших в поместье учеников клана Лань. Хм. Забавно. Вэй Ин решает ещё немного пошкодничать, а заодно выяснить, кому здесь нужно отомстить.
Надевает маску, которую носил бывший владелец тела и притворяется сумасшедшим, коим и считали молодого Мо. Он во всеуслышание обвиняет "родственников" в краже своих вещей, в том, что его притесняют, затем довольный произведённым эффектом берёт кувшинчик с вином и уходит.
Ученики Лань удивились странным речам и поведению "господина Мо", но им некогда отвлекаться. Они вовсю готовятся к борьбе со злом, ради которого и прибыли сюда. Строго-настрого запретив хозяевам выходить во двор, последователи Лань повсюду расставляют флаги, призывающие чудищ и демонов. Старейшина стянул один из флагов и тщательно изучает его. Флаги когда-то изобрёл он сам, поэтому хочет убедиться в правильности начертанных на них заклинаний. А то даже один неверно написанный символ может натворить нехороших дел. Но ошибок нет, всё в порядке.
Наступил вечер.
Обидчики бедняги Мо никак не могут успокоиться и, несмотря на запрет бессмертных, покинули покои и крадутся отомстить ему за его дневную выходку. Хотя, если честно, Старейшина ничего лишнего не придумал. Озвучил чистую правду.
По дороге незадачливые мстители крадут один из ритуальных флагов. И совершенно напрасно. Нельзя брать вещи заклинателей, иначе можешь превратиться в одержимого. Что и произошло с сыном Главы дома. Он, конечно, не отличался покладистым нравом, но его немного жаль. Ну, в следующей жизни умнее будет.
Старейшине, однако, произошедшее оказалось на руку. Из списка четверых людей, которым он должен отомстить, одного можно вычеркнуть. Им как раз и был Молодой господин.
Однако, на том дело не кончилось. Следом за молодым бестолковым и непослушным последовал его отец - тоже стал одержимым и напал на окружающих. А там и мама подтянулась. Ученики поняли, что своими силами справиться с чертовщиной не смогут и вызвали подмогу.
Появился прославленный второй молодой господин Лань и не только моментально угомонил одержимых, но и выяснил, что дело в духе меча, обнаруженного в поместье. За ним тянется след тёмного талисмана.
Рассвело.
Старейшина раздобыл себе ослика и покинул поместье Мо. Трое из четверых недругов получили по заслугам. Осталось вычислить последнего, чтобы успокоилась душа, отдавшая ему своё тело.