−И чем же я вам могу помочь, красавица?
−Я расскажу вам свою историю, только обещайте, что вы мне поможете, −смотрела на него Тамара таким взглядом, что отказать ей было просто невозможно.
−Хорошо. Я вас выслушаю. Разрешите? −присел он рядом на скамейку.
И Тамара поведала совершенно незнакомому человеку свою историю.
−Мне очень стыдно, −закончила Тамара свой рассказ.
−Чего же тут стыдного? Разве может любовь быть стыдом?
−Вы так думаете?
−Я уверен. Иначе это не любовь.
−А что это?
−Ну… увлеченность… или… −незнакомец подбирал слова. −Даже не знаю…
Тамара смотрела на него, вспоминая, где она могла его видеть. Словно поняв, о чем она сейчас думает, он сказал:
−Я тоже учился в этом же институте, только на факультете иностранных языков.
Только теперь Тамара вспомнила, где она видела этого молодого человека. Еще больше смущаясь, она сказала:
−И зачем только я вам все рассказала? Вы и так наверняка все слышали сами. Теперь будете смеяться надо мной.
−Ну зачем вы? Ничего я не слышал. Кстати, меня зовут Олег. А вас?
−Тамара, −автоматически ответила она и встала.
−Постойте. А как же с «помочь»?
Она махнула рукой и побрела. Но Олег догнал ее:
−Нет уж, Тамара. Назовясь груздем… Говорите, что нужно делать?
И Тамара рассказала Олегу свой план.
Они вместе вошли в квартиру. На пороге стоял отец.
−Здравствуй, папа. Знакомься, это Олег.
Георгий Ваганович удивленно уставился на Олега.
−Папа, ты что так смотришь?
−И у него уже двое детей? Это он философ?
−Какие дети? Нет у меня никаких детей. И я не философ. Извините, −ответил Олег.
−Папа, ты что-то путаешь.
−Я путаю? −сверкнул глазами отец и с грузинским темпераментом, размахивая руками, удалился в другую комнату.
На шум выглянула мама:
−Что случилось?
−Сама не пойму. Мама, познакомься.
−Софья Марковна, −протянула руку Олегу мать.
−Очень приятно. Олег, −пожал руку Олег и посмотрел на Тамару.
−Тот самый? −мама так же, как и отец, смотрела на Олега.
−Да какой тот самый, мама? Ничего не понимаю. Вот и папа тоже, −сделала вид, что ничего не может понять, Тамара.
−Проходите. Будем пить чай.
−Какой чай? −выглянул папа из комнаты. −Домой пусть идет, там чаевничает.
-Отец, -укоризненно сказала мама.
−Тут вышло, по всей вероятности, какое-то недоразумение, −начала объяснять Софья Марковна.
−Что ты им объясняешь, слушай, да? Хорошо, что мать моя Софико не слышала этого.
−Папа, объясни тогда ты, что происходит.
−Я объясню. Объясню. Но сначала объясни ты нам с мамой. Ты еще имела наглость привести его в дом, −возмущался отец.
−Жора, при посторонних… – обратилась мама к отцу.
−Посторонний? Встречаться три года – это ты называешь посторонним?
−Да ты посмотри на него. Он сам еще ребенок. Тут явно какое-то недоразумение, −возразила мать.
−Потрудись рассказать нам с матерью всю правду. Принеси графин, Софа.
−Жора, тебе нельзя.
−Ничего. Сегодня можно.
Отец сел в кресло и, стуча пальцами по столику, уставился на Олега.
Олег спокойно выдерживал этот суровый осуждающий взгляд. Вошла Софья Марковна с подносом, на котором стоял графин и два фужера.
−Почему два? −строго спросил Георгий Ваганович.
−Так ведь… −начала мама, поглядев на гостя, потом на мужа, −я думала…
−А что тут думать? Пусть объяснят, что вообще происходит, −сверкнув глазами, сказал отец, наливая себе коньяк.
Продолжение здесь
