Жаба, змеи и фрукты? А вокруг пиявки водят хоровод, удивительно. Красота, конечно, но странно — это вообще зачем? Арт-критики объясняют: это экспериментальная керамика эпохи Возрождения, несущая в себе христианскую (гугенотскую!) проповедь.
Все существа на этих блюдах предельно реалистичны. Палисси своими руками ловил зеленых натурщиков на болотах и делал с них слепки.
Так что перед вами единственная в своем роде посмертная маска обыкновенного ужа (Natrix Natrix), погибшего в 1585 году (справа на фото). Дата рождения неизвестна.
Француз Бернар Палисси (1510-1589) был из умнейших людей своего времени. Это его и погубило. Бернар был ботаник, химик, теоретик садоводства, художник, керамист, эмальер...
Выпустил первую книгу по минералогии на французском языке. Учился, женился, работал со стеклом и глиной. Появились дети. Все как у всех.
Но умный ведь — поэтому бился головой о главную загадку мироздания: откуда мы и зачем. Искал Истину. В 36 лет католик Палисси перешел в протестантизм, стал яростным и активным гугенотом.
И вот вам результат.
«Это такой художественный акционизм эпохи Возрождения, — объясняет британский арт-критик Вальдемар Янушчак. — У змей, ящериц, лягушек в искусстве очень темная история. Их выбросили из царства животных и сделали символами смерти и зла. Все началось с Библии: когда в „Исходе“ Бог наказывает людей, он насылает жаб. А когда Сатана искушает Еву в райском саду, он притворяется змеем...
А что вы делаете с блюдом? Вы кладете на него фрукты, божьи дары. И по мере того, как тарелка пустеет — ящерицы, жабы, змеи начинают появляться. И напоминать вам, что земные удовольствия длятся недолго. И что зло всегда рядом, всегда наготове, всегда смотрит на вас».
В общем, никто не стал есть с этих блюд.
Зато их держали в тогдашних сервантах для красоты — продукция Палисси вошла в большую моду. Его последователи выпускали такие диковины вплоть до середины 19 века.
И достигли поразительных успехов — посмотрите, это сделано из глины.
Но в центре блюда уже красовались вполне мирные рыбы. Змеи же расползлись по бокам.
Зло на тарелке все же вызывает изжогу.
А самого Бернара, который все не утихал со своими проповедями, в 1588-м бросили в Бастилию. Времена для гугенотов были опасные — вот те самые, когда д’Артаньян штурмовал гугенотскую Ла-Рошель, а в Париже прогремела Варфоломеевская ночь.
В каменном мешке 79-летний художник через год умер «от голода, холода и жестокого обращения», как писали свидетели.
Жизнь Палисси, выходит, была похожа на его же тарелки.