Дача с садом – не только символ, но и могучий фактор несвободы. Она плохо совместима, например, с экспедиционной работой и вообще с любыми поездками.
Тем не менее свою дачу я все-таки в конце концов завел. Главным образом, поскольку этого настойчиво требовала разрастающаяся коллекция кактусов. Но были и другие мотивы.
В частности, срезанные цветы в доме. Они никогда не казались мне лишними или уместными только по большим датам. В идеале, каждый день может и должен быть праздником (или датой) и цветы в вазах лучше бы стояли всегда. И не искусственные.
Но в те времена свежие цветы в магазинах (если вообще были) выглядели как-то … не для уюта, но для мероприятий. Да и денег на них не хватало.
А тут – дачный сад. Выращивай, что хочешь. Срезай, когда надо и сколько душе угодно. И квартира всегда в цветах, свежих.
Но вот он сад. Цветов много – всегда, каких хотелось. И … душе теперь совсем не угодно их срезать и расставлять по вазам. Душе достаточно того, что они растут-живут-цветут на своих корнях. Душа убеждена, что никакая самая изощренная флористика не сравнится с естественно цветущим растением.
Впрочем, срезать-обрезать все равно приходится. По тем или иным обстоятельствам. И тогда букеты все-таки появляются.
Вот и в последний день лета. Целых два.
Эхинацеи.
Один из моих любимых цветов. Близкие к ним рудбекии мне тоже очень симпатичны. Но рудбекии более демократичны, беспроблемны, самосевны. Рудбекия – цветок для яркой поляны. А эхиноцея отдает каким-то аристократизмом, в ней какая-то привередливость, особость. Хоть и цветки ее практически неувядаемые, грубоватые, накрашенные. А вот есть в ней харизма, есть.
К тому же столько сортов появляется, притягивающих, запоминающихся.
При случае я сажал эхинацеи. Но общение с ними никогда не было долгим: пара лет – и исчезают. Одним словом – не рудбекии.
Когда-то читал, что очень важно, чтобы кустик успел до зимы сформировать новые прикорневые ростки. А чтобы такой рост простимулировать, нужно в конце сезона срезать цветоносы.
В прошлом году обзавелся эхинацеями четырех интересных сортов. Три из них пережили зимовку. Ушедшее лето (которое я не перестаю обзывать по-всякому) как раз для эхиноцей оказалось вполне благополучным. Не удивительно, с их-то солнцелюбием и сухоустойчивостью. Радуют пышным цветением, которое и не думает прекращаться. Просто истощительное цветение.
Это цветобуйство стало меня не на шутку беспокоить: а вдруг так и не закустятся гордые эхиноцеи и канут в Лету, отдав цветкам все жизненные силы.
Осмотрел основание кустиков: только у одного заметны прикорневые ростки, у двух других – только палки-цветоносы из земли.
Взял секатор и, стиснув зубы, срезал всю красоту.
Вот и первый букет 31 августа. Надеюсь, жесткое решение было правильным.
Гладиолусы.
Тут история короче. Гладиолусы – моя любовь и печаль. Каждый сезон думаю: все, не буду больше луковицы хранить, а потом возиться с этими совершенно не садовыми цветами. И … каждый сезон откладываю расставание.
Впрочем, подробнее о гладиолусах я отдельно выскажусь.
Здесь же еще раз чертыхнусь, что совсем они не садовые – только срезочные. Роскошные их колосья бередят взор лишь несколько дней, когда раскрываются первые цветки. А потом эти соцветия становятся несчастно обтрепанными. И уж действительно лучше их срезать, чем смотреть со слезами.
У флористов можно найти специальные рекомендации об использовании неувядшей части гладиолусовых колосьев. Я же их просто в вазочку поставил.
Это второй букет 31 августа.
Сорт-то какой славный! Цветки не крупные (из 300-х, полагаю), но чего стоит их насыщенно сине-фиолетовая окраска!