Бывает, пациенты приходят ко мне на приём с вопросами по реабилитации после инсульта.
Чаще всего ситуация у них такова, что реабилитация в стационаре не нужна: это тот самый малый процент случаев, когда болезнь прошла «по касательной», не оставив нарушения функций: человек может жить и работать как прежде.
Может, да не может: пациент интуитивно чувствует, что жизнь его изменилась, но в чём именно, не понимает. И с тем приходит к врачу (и правильно делает).
Вчера на приёме была пациентка, которая перенесла инсульт в столовых структурах мозга. В стволе у нас плотненько располагаются области, которые отвечают вообще за всё: от движения глазных яблок до глотания. Там проходят важные нейронные пути, которые помогают человеку ходить, сидеть, стоять и не спать всё время, а чередовать бодрствование и сон, например. Пациенты со стволовым инсультом либо погибают в первые сутки-двое, либо оказываются у нас в отделении реабилитации. Иное — редкость.
Эта пациентка вышла из больницы без каких-либо существенных симптомов. Однако она понимала, что не может выполнять свою обычную работу: сбивали с толку быстрая утомляемость, страх перед будущим, периодически накатывало головокружение — оно ощущалось как «что-то внутри головы» и неуверенность походки, хотя объективно ходила она абсолютно нормально.
Ей было тревожно и непонятно, потому что врачи в стационаре, отпуская ее после инсульта, твердили, что самое страшное позади, рекомендации в выписке, так чего же вы еще хотите. (И были совершенно правы, потому что их задача — работать с острым состоянием и отпустить пациента с рекомендациями, что они и сделали).
Но эта пустота и какая-то недосказанность после выписки ощущается пациентом вполне справедливо. Вот он был в стенах больницы и о нем заботились, а через две недели он стоит с листом бумаги формата А4, где много непонятных слов, и задается вопросом: «Все говорят, что после инсульта жизнь не будет прежней, так где же алгоритм, по которому мне жить дальше?»
Вот что я сделала на приёме:
▫️Объяснила, зачем назначены семь видов таблеток. Написала напротив каждого лекарства «давление», «плохой холестерин», «против тромбов». Так сложные названия обрели смысл. Стало понятно, зачем пить столько таблеток. Появилась мотивация: эти таблетки снижают риск повторного инсульта.
▫️Отменила ненужное: ноотропы, «недотранквилизаторы». Объяснила, что таблеток от быстрой утомляемости нет, но мы дадим мозгу возможность восстановиться, создав нужные условия: достаточный сон, чередование коротких подходов к работе (пока удалённо и в лайт-режиме) и посильной физической активности.
▫️Провела тесты, которые подтвердили у пациентки постинсультную депрессию с высоким уровнем тревожности. Назначила антидепрессант на долгий срок и транквилизатор на месяц.
▫️Объяснила, что такое вторичная профилактика инсульта: не только таблетки по списку, но и питание, и должный уровень физической активности.
▫️Развеяла сомнения в том, что после инсульта можно (и нужно) физическую активность. Объяснила, какие в самом деле будут ограничения по нагрузкам (их мало). Предложила пациентке заняться тем видом движения, которое ей всегда нравилось, но никак не находилось времени начать — танцы.
▫️Ну и поработала с мелкими заблуждениями вроде «нельзя суши, в них жирная рыба, а в ней холестерин» (нет, жирная рыба — источник омега-3 и составляющая нужного нам средиземноморского стиля питания), «нельзя йогу, от стояния на голове будет повторный инсульт» (новичка никто не поставит на голову, а в целом йога — сбалансированная и полезная нагрузка после инсульта), «нельзя за руль» (если причина отказа — страх, а не объективные неврологические нарушения вроде парезов или атаксии, нужно сажать рядом близкого человека для моральной поддержки и ехать, начиная с простых маршрутов).
Вот такой план получился для пациентки, которая не нуждалась в реабилитации второго этапа, но имела много разумных и совершенно обоснованных вопросов и опасений.
Это и есть реабилитация третьего этапа, которой у нас пока нет в поликлиниках, но которая нужна не меньше, чем стационар с вертикализаторами и специалистами, которые поэтапно восстанавливают у больного после инсульта глотание или, скажем, ходьбу.