Пятнадцатого числа щедрого месяца-соберихи (на новый лад - 28 августа), то бишь на самой на макушке августа, Святая Русь воздыхала об Успении Пресвятой Богородицы, земном конце Приснодевы Марии. А засим наступал день, о котором наш седой хлебороб молвил на весь околоток*: “На Третий Спас готовь себе хлеба на припас”.
В пору оную, апосля строгого поста Успенского, наш предок-хлебороб спожинал-дожинал* последний сноп на озимье. Оттого величали сии дни на посельщине “Спожинками” иль “Дожинками”. Благодать духовного праздника съединялась у пахаря с радостью завершения долгодневной притужной страды полевой. По любви народной к Госпоже Владычице Пресвятой Богородице прозывался сей день в простонародье ещё и “Госпожинками”. А коли с Успенщины Господь Бог Русь орехами лесными утешал, то надумали величать сей Спас “Ореховым”.
К Спожинкам на старой-доброй посельщине “поспевает всё слетье”, за коим поспешают на наши просторы прохладные “осенины”. С Успенья солнце засыпается, и зимушка-то ужо совсем не за горами. Вот с Успенщины и наступает бабье лето, но только покамест молодое - основное покроет Русь с первого дня сентября-хмуреня (по старому стилю).
Разговлялась Русь после Успенского поста свечёным* кусочком нового хлеба с празднишной Обедни. А уж вдогон устраивали на посельщине разудалую мирскую братчину: собирались всем миром, варили пиво братское, кололи барана, пекли каравай и пировали святую Успенщину.
С Третьего Спаса на среднерусских просторах зачинала молодёжь-холостёжь созываться на вечорние бесёды осенние. Миловзорили* женихи и невесты друг пред дружкой да привечали себе пару до Покрова-дня. Уж там, глядишь, и в пору гулять свадьбу сытую, а иначе: “С Успенщины не успеешь присмотреть - зиму тебе в девках просидеть!”
Так и живали наши предки седые, да знавали всему свой черёд. Подписывайтесь на Платона Караваева - будет вам вся правда посельская…
*ПОМИН ЗАБЫТЫХ СЛОВ:
Околоток - окрестные земли
Спожинать-дожинать - срезать сноп
Свечёный - освященный
Миловзорить - строить глазки, жеманничать