«Синяя птица» Мориса Метерлинка стала для Станиславского настоящей находкой. Драматург сам пригласил режиссёра к себе в гости в Нормандию в аббатство Сен-Вандриль. В поезде Константин Сергеевич готовил пышную приветственную речь, но на станции его встретил только шофёр, который поинтересовался фамилией и проводил к роскошному автомобилю. По пути Станиславский поинтересовался здоровьем хозяина и выяснилось, что за рулём сам Метерлинк. Обоих эта ситуация очень развеселила.
Они часами говорили об искусстве, а остальное время проводили в прогулках по аббатству и его окрестностям.
Станиславский вспоминал, что ему удалось почувствовать атмосферу места, где появилась на свет ставшая легендарной пьеса:
«Не могу забыть ночей, проведённых там: я прислушивался к таинственным шумам спящего монастыря, к трескам, ахам, визгам, которые чудились ночью, к бою старинных башенных часов, к шагам сторожа. Это настроение мистического характера вязалось с самим Метерлинком».
Автор не видел спектакль, он мог судить о нём только по рассказам своей жены, актрисы Жоржетты Леблан, которая побывала в Москве.
Метерлинк написал Станиславскому:
«Я знал, что обязан Вам многим, но не предполагал, что обязан всем. И мне остаётся одно: склониться до земли перед самым чистым и самым великим художником театра нашего времени, благодаря его от глубины того лучшего, что заключается в моём сердце».