«Космический холод мира преодолевается лаской. В этом чудо учения Христа».
Фазиль Искандер
Есть у нас знакомый батюшка — мой ровесник, немного за 35. В его семье однажды произошло горе. А потом — чудо. Не только для него. Для всех нас.
Его второй сын родился слепым. «Абсолютно, — сказали врачи, — атрофия зрительного нерва. Оформляйте инвалидность». Они с женой еще берегли надежду, съездили к нескольким врачам. Диагноз подтвердился. Кто-то посоветовал съездить еще в Боровск. Там в монастыре был отец Власий, его многие почитали за старца. Наши батюшка с матушкой поехали. Но не как к волшебнику, а как к опытному монаху, который раньше был врачом, который сам тяжело болеет и знает смысл человеческих скорбей. Там они получили благословение в течение 40 дней причащать малыша и читать акафист перед иконой Божией Матери «Казанская». Батюшка причащал сам или вез в другой храм. Матушка ежедневно прочитывала акафист. 40 дней оказались не таким уж малым сроком.
Мы жили в разных районах и виделись только тогда, когда они приезжали к своей бабушке. Однажды я гуляла со своей первой дочкой — маленькой Машей — и, увидев батюшку, бегом побежала к нему. Я боялась спрашивать. Сложно о чужом горе. Но в этом было что-то и мое тоже. «Как там Павлик? Мы давно не виделись». — «Да вот сидит недавно в стуле, я его кормлю. А он на окно показывает и говорит: карр! Я смотрю — а ворона далеко сидит, сам еле рассмотрел!»
Но суть даже не в этом. Во многих семьях такое чудо так и не случается. И на это тоже воля Божья. Особый Божий Промысл о каждом из нас.
Суть в том, что батюшка рассказывал, когда его сын уже подрос: «Странно, но чем больше я проводил с ним бессонных ночей, чем больше “мучился”, переживал за него, молился, носил на руках, тем больше стал любить». Такой любви он раньше не знал, хотя это уже второй ребенок в его семье. Хотя он сам рос среди четверых младших братьев и сестер. Это любовь особая, требующая слишком много ласки и заботы, трудная, изматывающая. Но такая, которую уже не сравнить ни с чем.
© Мария Тряпкина
