В пять утра раздается звонок, и Даша долго не может понять, что это ее телефон.
Ей снится, что она вновь стала школьницей и сидит на уроке, на ней синее платье и белый фартук, волосы заплетены в две тугие косички. Но вот ведь незадача – ей вовсе не шестнадцать лет, как всем остальным, а как и есть, сорок два, и она смотрится нелепо в этом своем одеянии. Это замечает не только Даша, но и все окружающие – они перешептываются, оглядываются на нее. Даше неловко, и она берет сумку, чтобы достать оттуда учебники и там спрятать свои глаза, но в ней нет учебников, только огромный зеленый арбуз, и Даше вдруг до ужаса хочется отрезать кусочек и съесть. Но как это сделать, если идет урок? К счастью, знакомой трелью стрекочет звонок, и она хватает сумку и бежит прочь из класса, скатываясь по скользким перилам прямо на берег озера. Там Саша и Валерка забрасывают удочки, а Алиса перебирает ящик с апельсинами. Даша оглядывается, пытается понять – а где Катя? В ужасе видит на поверхности воды ее желтый шарф и...
Просыпается.
Телефон трезвонит, не умолкая, но Даша машинально тянется к соннику, повторяя про себя: школа, арбуз, апельсины, рыбалка, утопленница... Но телефон настаивает, и она неохотно берет трубку – ну кто может звонить в шесть утра? Можно понадеяться, что Тимур, но нет – он никогда не потревожит ее сон, знает, как плохо она спит в последнее время.
Ну, конечно, могла бы и догадаться – мама...
- Ало? Мам, что-то случилось?
- Случилось, – трагическим голосом отвечает та. – Ты вчера опять не приехала!
Даша хватается за голову – она и правда забыла, так расстроилась из-за этой учительницы...
- Прости, – устало отвечает она и трет глаза, которые никак не хотят разлипаться. – Сегодня приеду.
- Уж будь добра, мать с голода тут помрет. Давай, вставай и езжай в супермаркет, там мне по видеосвязи позвони, я сама буду выбирать, а то ты в прошлый раз одну тухлятину привезла.
Даша прекрасно знает, что все продукты были свежие – ну, попалось одно подгнившее яблоко и разбитое яйцо, стоит ли из этого устраивать трагедию? Но перечить матери она не собирается, знает, что себе дороже.
- Хорошо, мам, сейчас поеду.
Вставать ей совсем не хочется, но она откидывает одеяло и плетется на кухню. Наскоро варит кофе, делает бутерброд с сыром – если поехать на голодный желудок, ее будет тошнить, особенно если в пробку попадет. Надо бы предупредить детей, но они еще спят, и она идет будить Катю.
Дочь, как обычно, скинула одеяло, волосы разметались по подушке, на полу грязная тарелка. Даша вздыхает, осторожно трогает ее за плечо.
- Кать... Катюша, я к бабушке, ты за старшую. Накорми Лену завтраком, хорошо?
Дочь никак не хочет вынырнуть из сна, точно так же, как и сама Даша двадцать минут назад.
- Ты меня слышишь?
- Да слышу я, дай поспать... – сонно отвечает Катя.
Даша идет вниз, отмечая, какой грязный пол – опять мальчишки вчера в обуви за чем-то заходили, и вспоминает, что в двенадцать придет Ксения, а это значит нужно успеть вырваться из маминых цепких рук к этому времени.
В супермаркете она проводит битый час, пока мать придирчиво выбирает продукты, а двадцать минут она топчется в секции алкоголя, краснея под взглядами мерчандайзера – не объяснять же ему, что это она не себе.
Вырваться из маминых рук не так-то просто – она усаживает Дашу за стол, наполняет рюмочку, несмотря на все Дашины объяснения, что она за рулем, и начинает свою обычную песню: как несправедливо с ней поступила жизнь, какие неблагодарные у нее дети и так далее.
- Денег-то матери оставь, – говорит напоследок та, и Даша хочет напомнить, что, вообще-то, мать получает пенсию Лены, да и продукты Даша на свои купила, но, конечно же, как всегда, молчит, жалеет мать. Сейчас она понимает ее, как никогда: Тимур хотя и не окончательно бросил ее, все равно ушел, и если она не сломалась до сих пор, то только из-за детей.
Про отца Даша старается не вспоминать, хотя чем старше она становится, тем меньше у нее остается обиды на него. Где он сейчас? Жив ли еще...
Дома, конечно, кавардак. С порога начинаются крики:
- Мама, ты посмотри, что она натворила! – кричит Катя. – Ты только посмотри!
В руках Катя держит тот самый свой шарф, который Даша видела во сне – она вечно носится с ним, как помешенная, Даша подозревает, что шарф подарил ей какой-то мальчик. Сейчас шарф в плачевном состоянии – весь измазанный какой-то красной краской, вроде, гуашью – она сама на днях ее купила. Даша надеется, что гуашью, иначе не отстираешь, не акрил же это.
Мальчишки начинают наперебой защищать Алису и говорить, что она была с ними, а Лена заявляет, что Сашка врет – он из дома уходил, один. Голова разрывается на кусочки от этих воплей, и Даша берет в руки шарф, пытается успокоить Катю:
- Сейчас отстираем, подожди.
Она бросает беглый взгляд на Алису, пытаясь понять – она и правда испортила шарф? Или Катя все придумала? С нее станется, она же сама рисует гуашью, знает, что та отстирывается, пусть и не всегда просто.
В ванной комнате Даша включает воду, хорошо мочит шарф, намыливает его хозяйственным мылом.
- Я ее ненавижу! – словно бы выплевывает эти слова Катя. – Зачем ты ее взяла?
За всем этим кошмаром их застает звонок в домофон – это Ксения, Даша догадывается, глянув на часы. Ксения быстро решает все проблемы – при помощи уайт-спирита очищает последние пятна с шарфа, весело прикрикивает на мальчишек, которые вызываются ей помочь и поднять стулья. Лена так вообще обожает Ксению и не отходит от нее ни на шаг – Ксения выдала ей тряпку, и Лена довольная елозит ею по столешнице и перилам.
Пока Ксения наводит чистоту, Даша садится за работу – ей нужно закончить один отчет, и она быстро справляется с этой задачей. Да, деньги она за это получит, но, учитывая, что она сегодня купила продукты матери, да еще и оставила ей пять тысяч, их хватит только на повседневные расходы, а Даше нужно гораздо больше – и Кате на подарок, и в школу для Валерки, нельзя допустить, чтобы его не взяли в десятый класс, мальчик этого просто не переживет. И Даша решается – заходит на сайт банка и заполняет заявку на кредит.
Ей перезванивают, когда она на кухне пьет с Ксенией чай – Тимур считает, что не стоит так панибратствовать с прислугой, но Дашу коробит от таких слов, она не считает Ксению прислугой. Ксения ей нравится, хотя совершенно непонятно, почему такая красивая и вроде образованная женщина зарабатывает на жизнь уборкой. Хотя... Учитывая, сколько они ей платят, работа эта не такая уж и плохая, на жизнь точно хватает, да еще с лихвой.
Когда Даша заканчивает разговор, Ксения ставит чашку на стол – осторожно, словно она может рассыпаться, а потом говорит:
- Вы меня извините, что вмешиваюсь... Но вы бы не связывались с этими кредитами. Вам оно зачем – и так, вроде, не бедствуете. И опекунские получаете...
Даша всплескивает руками.
- Да знаю я... Но очень надо. Да и какие опекунские – мальчиков мы усыновили давно, ничего нам за них не платят...
Она неуверенно смотрит на Ксению, потом спрашивает.
- У вас есть дети?
Взгляд Ксении становится колким как лед.
- Нет, не случилось.
- Простите. Не хотела... Я почему-то думала что есть, вы так хорошо с ними ладите. Думала, поймете меня – ради детей же на все пойдешь. Мы с Тимуром сейчас временно не вместе, вы же знаете. Не хочу денег у него просить, а у Кати день рождения, а Валерке... Я потом быстро все закрою.
Ксения усмехается.
- Я тоже думала, что быстро. А теперь вот который год тяну эту лямку. Послушайте меня, я знаю, что говорю – не нужно кредитов.
Даша кивает, хотя для себя она уже все решила.
Когда Ксения уходит, она предлагает детям поиграть в крокодила, и все соглашаются, кроме Кати – та собралась и ушла к подружке, толкнув на прощание Алису так, что та поскользнулась на мокром полу и упала, сломав оправу очков. Но в отличие от Кати не расплакалась, не устроила истерику – пошла в комнату, залепила их пластырем и пришла играть.
С Леной играть было сложно – она ничего не понимала и обижалась, и тогда Алиса предложила объединиться им в одну команду. Наблюдая за этим, Даша думает – хорошая такая девочка, правильно она ее забрала. Жаль, что Лена вслед за Катей сторонится Алисы, она вообще стала нервная после ухода Тимура – очень уж к нему привязалась. Да что говорить, они с Тимуром ей как родители, и несут за нее ответственность не меньше, чем за других детей.
Даша понимает, что Тимур ни разу сегодня не звонил и не писал, и сердце наполняет глухая тоска... Видимо, придется ей привыкать жить в новом статусе, хотя она даже мысленно не может произнести это страшное слово - развод.
Она берет в руки телефон и только сейчас видит пять пропущенных от Юли. И одно сообщение: «Срочно перезвони!».
Продолжение следует...
Начало здесь
Оглавление