А может быть у одного человека несколько имен? Во многих странах – запросто! С домами такое случается гораздо реже. Но в Самаре есть особняк, носящий имя сразу двух своих владельцев. Стоит он почти в начале улицы Ленинградской (бывшей Панской) на волжском склоне и являет собой прекрасный образец самарского модерна.
Небольшие размеры фасада только подчеркивают его пластику, над сводчатой проездной аркой по центру находится эркер, завершенный круглой ротондой со шпилем. По углам выступают ризалиты, завершающиеся над карнизом стенками-аттиками с лепным растительным узором и женскими масками. Кованые решетчатые ограждения балконов тоже имеют растительный орнамент. Фасад покрыт глазурованной плиткой «кабанчик» медово-желтого цвета, а надоконные вставки - темно-зеленые .
Сохранились сведения, что на постройку дома, несмотря на небольшие размеры, была затрачена серьезная по тем временам сумма – 19 тысяч рублей – и немалая часть ее ушла на устройство интерьеров. Сейчас от дорогих интерьеров сохранились только названия – голубая и розовая гостиные, общий зал, три изразцовых камина, две зеркальные спальни и детская комната.
Так чей же это был дом? Архитектора Петра Павловича Головкина. Это не однофамилец, а младший брат нашего знаменитого историка, краеведа, художника и фотографа (при этом еще и успешного предпринимателя) Константина Головкина. В отличие от старшего брата, Петр самоучкой не был, а получил блестящее образование – после Самарского Реального училища окончил 8-летний курс Московского училища живописи, ваяния и зодчества. Дом был спроектирован и построен им для своей семьи в 1910-м году.
Первый этаж дома сдавался в аренду под магазин, а арендатором сразу стал Григорий Петрович Сапрыкин (впоследствии особняк купивший) . Родом был из Верхнеуральска, служил в царской армии, затем уволился в запас. Приехал в Самару отставным фельдфебелем, здесь женился, нажил пятерых детей, записался в купцы второй гильдии и стал рыбным магнатом. «Специализировался» на продаже осетра, севрюги, белуги и разных видов икры. «Рыбно-гастрономический» магазин на Панской открыл в январе 1911-го года. Надо сказать, что Ленинградская (Панская) наряду с Троицкой площадью была средоточием элитной рыбной торговли. На Панской работали специализированные магазины других самарских рыбных воротил – Мясникова, Слепендяева, Основина . Взаимоотношения в этой аппетитной сфере были не самые простые
Человек посторонний может подумать, что в Самаре рыбаком был каждый первый, рыбы было немерено и на рынках ее чуть ли не даром раздавали. Так вот, все было совершенно иначе. В Самаре процветала рыбная монополия! До 1872-го года все рыбные промыслы арендовал купец К.Е. Мясников – платил Думе крупную сумму и становился хозяином на весь год. Любой рыбак обязан был сдать улов по фиксированной цене. За право наловить рыбы себе на уху, горожане тоже должны были платить. К нарушителям-браконьерам применялись санкции.
Дума как-то попыталась отменить рыбную монополию – но городская казна потеряла весь рыбный доход. Рыбаки – индивидуалы успешно скрывали свои уловы, к тому же Мясников, владея лодками, снастями и оборудованием для хранения (это были запасенные зимы огромные горы льда под землей), опять-таки перекупал всю рыбу. Попытка сломить рыбную монополию с треском провалилась, а цены на рыбу не упали. Хотя надо сказать, что продавая волжский улов в соседних городах – Пензе, Казани - Мясников поднимал цену еще вдвое
Что же касается отставного фельдфебеля Григория Петровича Сапрыкина, то он, похоже, сумел занять свою нишу в этом бизнесе. Не претендуя на абсолютное первенство в торговле «живым серебром», продавал рыбу при всех властях, бывших в Самаре - и при царях, и при Керенском, и при большевиках, и при КОМУЧЕе, и при НЭПе. Пока в 1931-м году, в возрасте 64-х лет не был арестован ОГПУ по грозному обвинению в «... пропаганде или агитации, содержащих призыв к свержению, подрыву или ослаблению Советской власти». Дело было вскоре прекращено за недоказанностью обвинения, но дальнейшие следы Григория Петровича как-то затерялись.
А радующий глаз модерновый особнячок медово-травяного цвета на Ленинградской,22 в одних сводах памятников культуры проходит как особняк Петра Головкина, в других – как дом Григория Сапрыкина. И то, и другое верно.
использованные в статье фото взяты из открытых источников в интернете