Под ногой хрустнуло. Я отскочила. — Труп!!! — вскрикнула Лёлька. Меня бросило в жар. — Это мышь! — Тьфу на тебя! В сгустке сумерек почти ничего не видно. Я наклоняюсь над серым холмиком. Это существо похоже на эмбрион. Я видела такой на картинке в учебнике по «этике полового воспитания». Предмет ввели в учебный курс в 10 классе. Эмбрион задрожал и повернул ко мне свою мордочку: розовую, остроносую, крысиную. Мордочку Толика Гляжу. — Жертва аборта! — Лёлька вскидывает голову и истерично хохочет. Сквозь хохот я слышу звон будильника и просыпаюсь в холодном поту. Сны — то ли многоточие прошедшего, то ли анонс грядущего. Мои сны, как правило, определяют настроение будущего дня. Серая рассветная мгла стирает очертания вокзала, перрона и человека в чёрном длинном пальто. Завидев меня, фигура начинает приближаться. — О нет! — тихий стон вырывается из сдавленной гортани. Толик вжимает голову в воротник, пытаясь спрятать в него красные от мороза уши. — Давай помогу, — хватает ручку сумки. — Не