Елена Касаткина

В бассейне было холодно. Она дрожала, стоя по пояс в воде, прижимаясь спиной к кафельной стенке. — Меня Ксения зовут. — Круглолицая девочка с соседней дорожки растянула в улыбке заячью губу. — А тебя? — Т-т… Тоня, — простучали, клацая, зубы. — Внимание! — гаркнул возвышающийся над ними исполином тренер — дядя Коля. — Два шага вперёд! — Давай дружить, — шепнула круглолицая соседка. — Можешь меня называть коротко — Ксю. Я здесь уже вторую неделю. — Пивнушкина, у тебя рот когда-нибудь закрывается? — Тренер строго посмотрел на Ксюшу, и гаркнул ещё громче: — Упражнение «Бомбочка»...

"Трудно ли быть писателем?" - спросила я у Алисы. "Это тяжёлый, рутинный труд", - ответила мне она. - "Эмоциональная нагрузка... и всё такое." "Ну да", - решила я. - " Когда у тебя за спиной около тридцати книг, можно и отдохнуть". И отправилась в отпуск на море. Но писатель тем и отличается от обычного человека, что даже на отдыхе его голова продолжает работать над книгой. Будущей книгой. Ты обречён. Ты не живёшь, ты наблюдаешь. И в голове сам собой возникает сюжет. Ты подмечаешь всякие детали,...

В театре было душно. Мама махала веером, а она блокнотом, ничего более подходящего в маминой сумочке не нашлось. «Ба-бах!» — ударило по ушам и поскакало громовыми раскатами: «ба-бах-бах-бах-ба-бах!». И вдруг: «дилинь- дилинь» — зазвенело высокими хрупкими переливами. Тоня поёжилась. Слишком контрастными были звуки, слишком неожиданными. — Закрой глаза и представь страну… удивительную, не похожую ни на какую другую. Страна называется Япония, — шепнула мама, наклонясь, но, не отрывая взгляда от сцены...

Странное чувство наступает, когда исполняется мечта, не правда ли? А куда деваются те мечты, которые не сбываются? Когда и в каком месте мы их хороним? Хотелось бы побывать на этом месте. Посмотреть, послушать, потрогать свои и чужие несбыточные мечты...