Серьезная атомная катастрофа могла произойти в Арктике в январе 1981 года. На советском подводном крейсере К-424 проекта 667БДР "Кальмар" вспыхнул пожар. Лодка на тот момент находилась в подводном положении под толстым слоем паковых льдов. Шансов всплыть на поверхность практически не было.
Пожар в замкнутом пространстве подводной лодки всегда опасен. Особенно если она атомная. К-424 была оборудована двумя ходовыми атомными установками. Кроме этого на борту она несла 16 баллистических ракет с ядерными зарядами и 130 членов экипажа.
18 января 1981 года около 12:00 старшим помощником командира было замечено сильное задымление в районе центрального поста. Об этом он немедленно сообщил командиру лодки Николаю Александровичу Иванову. Начались поиски очага возгорания. В случае расположения вблизи капитанского мостика была реальная угроза потери управление над подводной лодкой. На глубине в 150 метров это почти гарантировало её гибель, не исключались выход из строя реакторов и радиационное заражение.
Командир принял решение поднять давление в других отсеках, чтобы препятствовать распространение едкого дыма. По его же распоряжению замполит Архипов увел туда матросов, не занятых в поиске возгорания. Это противоречило негласному закону подводной лодки - никто не имеет права покидать боевого поста в аварийном отсеке. Но Иванов положился на свое командирское чутьё и опыт. Обстановка подсказывала, что "лишние" матросы вблизи возгорания, даже будучи на своих постах, могут пострадать. При этом реальной помощи от них будет немного.
Это было единственно верным решением, которое помогло сберечь жизни людей. Впоследствии, уже "на берегу" замполита пытались уличить в трусости и в том, что он не находился вместе с командиром. На это Иванов твердо ответил, что это был приказ и в случае его гибели Архипов должен был взять командование на себя.
Вскоре источник задымления обнаружился. Команда борьбы за живучесть перевернула добрую половину ящиков с оборудованием, добираясь до него. Для прекращения открытого горения Иванов отдал команду применить систему ЛОХ (Лодочная Объемная Химическая). За счёт использования концентрированного токсичного газа фреона ликвидировалось горение замкнутых помещениях. Для запуска системы нужно было всплывать на перископную глубину. Тут экипажу К-424 улыбнулась удача - на поверхности обнаружилась полынья с толщиной льда около метра.
После запуска системы пожаротушения два члена экипажа не успели надеть специальные средства защиты и отравились газом. К счастью, их удалось реанимировать, когда лодка оказалась в надводном положении. Пожар же был полностью ликвидирован, никто не погиб. Лодка после вентиляции всех отсеков своим ходом вернулась на базу.
Позднее выяснилась и причина возгорания - молодой матрос решил закурить в гальюне, а тлеющий окурок по глупости отправил в угольный фильтр. Огонь в сухом фильтре возник мгновенно и едва не погубил всю атомную подлодку.
Страна, да и весь мир тогда не узнали об инциденте подо льдами Арктики. О произошедшем впоследствии судовые хроники сообщали лишь двумя скупыми строчками: "На АПЛ произошел сильный пожар. Благодаря действиям командира и экипажа возгорание ликвидировано, гибели членов экипажа не допущено".
Командира подлодки командование "наградило" строгим выговором за произошедшее, но на более радикальные меры никто не решился. Все прекрасно понимали, что именно его правильные действия спасли атомоход от катастрофы.
Дорогие друзья, спасибо за ваши лайки и комментарии, они очень важны! Читайте другие интересные статьи на нашем канале.