Как же я люблю свидетелей возвращения линкоров...
Серьезно, общение с ними подобно диалогу с фанатом Муцураева:
-Линкор включи.
-Дорогой, но тебя нельзя линкор, они вызывают отставание от современных военных доктрин
-Триста пятьдесят миллиметров броневого пояса!
-Но я пытаюсь объяснить…
-А ОТ ТОРПЕД МЫ ЖЕЛЕЗНЫЕ РЕШЕТКИ ПО БОКАМ ПРИВАРИМ!
Развитие больших посудин, в смысле, ТЯЖЕЛЫХ ВОЕННЫХ КОРАБЛЕЙ, чья задача нести пушки побольше, двигатели побольше, и брони побольше, чтобы держать попадание всего что есть у врага, защищая вот это вот всё, пришлось на конец 19-го начало 20-го века. Поистине, интересное время, так как ситуация, когда только сходящий со стапелей корабль был уже устаревшим, встречалась повсеместно. Новые инженерные решения, внедрявшиеся прямо в процессе производства, заставляли врага напрягать своих сумрачных гениев. В общем, начало 20-го века, это когда заголовок «наш еще не произведенный крейсер уже обходит вражеские корабли по всем характеристикам» - чистая правда. Правда, когда достроят и его, тот же заголовок снова придет, но уже с другой стороны.
Про каждый корабль вообще можно долго рассказывать, и как они мощны и сильны, под управлением мудрых и суровых капитанов дальнего ходонья, но в этот раз хочу вас рассказать про такую штуку как противоторпедная оборона.
Первыми себе такую задачу поставило Британское адмиралтейство в 1873 году, как ответ на разработку Австро-Венгрией торпед. Целый торпедный комитет создали, который в 1876 году поставил технологию постановки железных сеток вокруг кораблей. Тестирование отметило даже успех в сфере защиты корпуса корабля, но проблемы с долгим развертыванием, утяжелением корабля и падением скорости при развернутом состоянии (рисунок 1). Так что это стало хорошей технологией прикрытия, но слабо могло помочь в реальном бою. Опять же не сидели сложа руки и атакующая сторона, прознав про сетки, добавили на острие торпеды острие–противосеточное (рисунок 2).
Положительным примером применения таких сеток стала оборона Порта-Артура броненосцем «Севастополь», вставший на якорь и отбивавших атаки японских миноносцев (японские миноносцы тогда вообще много успехов наделали - рисунок 3). Так в течение шести дней декабря, 30 японских миноносцев выпустило по броненосцу свыше 104 торпед, большая часть которых так и осталась висеть в сетях, некоторые взорвались, запутавшись и повредив корпус, но ремонтные команды залатали дыры. Самые серьезные повреждения нанесли в последний день, подойдя к неприкрытой сетями корме (запомните этот момент) и уничтожив рулевые механизмы. Команда корабля смогла спасти корабль от затопления, но возможность хода была потеряна.
Сам Севастополь с сетями и в бою изображен на рисунке 4 - это картина отечественного мариниста Ганзена Алексея Вильгельмовича - внука Айвазовского, который тоже угорел по морю и также плодовито (три тысячи картин - в два раза меньше чем у деда, но тоже эпично), который рисовал море и броненосцы [напомните сделать сборник по маринистам Империи - у них такие охренные картины, что у меня аж булка хрустит].
(также креплю рисунок 5 - это броненосец Евстафий, спущен уже после Русско-Японской, но имеет схожую систему сетей)
Однако время шло и технологии развивались, торпеды стали значительно быстрее и сети кораблей уже не могли удержать их от удара о борт. Сети пытались применить и в Первую Мировую, однако кампания в Галлиполях весной 1915 прекратила эту практику. Тогда турецкий торпедный катер «Муавенет» потопил британский линейный корабль «Голиаф», с развернутой сетью. Прибывшая позднее немецкая подлодка U-21 Затопила еще два корабль: «Триумф» и «Маджестик», которые также имели развернутые сети. Причем при эвакуации с «Маджестика», часть моряков запуталась в данных сетях и погибли вместе с кораблем.
Но прямо перед войной на смену сетям пришла новая технология – анти-торпедные пояса, или противоторпедный буль. Здесь у каждой страны была своя методика и инженерный подход, с чередованием различных слоев стали и промежуточных амортизационных подушек (например, воздуха), цель которых одна – выдержать ударную волну взрыва торпеды (рисунок 6) . В общем лучше смотрите на картиночки, потому что монтировать список что придумали японцы, а что придумали французы – мне лень (качественное отношение к своей теме и своим читателям – мой конек). В любом случае выглядело оно одинаково – у корабля появились шикарные щеки.
Правда були вскоре уступили место противоторпедному поясу – за счет внутреннего устройства защитной подушки – причиной стало Вашингтонское морское соглашение 1922 года, ограничивающее тоннаж, а щеки хоть и стильные, но слишком большие (рисунок 7 и 8 - на седьмом Худ погибает с одного выстрела, на 8-м хз что, без шатерстока версию не нашел).
Торпедное также не стояло на месте, а вот линкоры никто по 10 штук в год в период интербеллума не делает. Что очень сильно проявилось в налете на Перл-Харбор. Для налета на Перл-Харбор японцы вообще запарились с торпедами и обучением пилотов, дабы создать правильный сброс торпед в воду, чтобы торпеда не ушла в дно (глубина канала 13 метров, американцы тогда ориентировались на сброс торпед с самолетов с погружением до 20 метров, а значит она врежется в дно и не надо никаких дополнительных сетей ставить поперек канала. Так что японцы со своей методикой мелководного сброса всех застали). В итоге американские линкоры с минимальной защитой от новых мощных торпед получили критические повреждения. (рисунок 9 и 10 - схема опрокидывания и результат повреждения после подъема Оклахомы)
А закончим мы все это дело кончиной линкора Бисмарка. Начнем с того, что никакая торпеда Бисмарк не уничтожала. То есть, да, есть такая книга «I sank Bismark» - за авторством Джона Моффата, пилота одного из пятнадцати участвовавших торпедоносцев типа «swordfish», но если почитать саму книгу, то там таких строчек нет. А то что издательства любят лепить красивые названия – ну это как есть, рыночек такой.
Итак, куча сброшенных торпед достигли бортов Бисмарка… и ничего ему не сделали. Борты не были пробиты. А те торпеды, которые пробили противоторпедный пояс, не нанесли кораблю смертельную рану. Зато пока Бисмарк крутился, пару торпед угодили в корму и начисто сорвали рули управления, что превратило Бисмарк в легкую мишень. А дальше его уже, еле ползущего, добивали прицельным огнем. Подоспевший позде британский линкор «Rodney» и его 406-мм снаряды выжгли офицерский пост Бисмарка и наделали кучу успешных дырок в броне корабля. А дальше то ли линкор рванул, то ли команда решила сама потопить корабль – да не важно. Важно, что утонул.
В общем, эпоха линкоров давно прошла. Официальная версия кончины: господство авиации. А еще ракеты, а еще умные торпеды (которые теперь бьют не в борта, а взрываются прямо под днищем корабля и хрен вы такое дело броневым поясом остановите), в общем вооружения много – про ядерное оружие мы еще даже не начинали разговор. Но ведь не все люди стали сухопутными крысами, да перелетными воробушками. Остались еще истинные любители моря и клепанной стали! Остались и сидят в игрульках про броневанны. Хотя все там будем.
Автор - Александр Прохоров
#прохоровкат