9.

Увидев нас, Таня ахнула, взялась за голову и заорала матом. Отчим, выбежав на крик, прохрипел что-то о "позоре", но не удержался в негодовании, что "Санечка выпил не с ним, а ведь он предлагал! " Отчим понёс Сашу в дом. Женька смеялась, Таня продолжала причитать, пытаясь всё обратить в шутку при несовершеннолетней сестре. Чтобы сгладить обстановку, она пригласила меня войти в их дом.

На кухне было густо накурено. Я была готова ко всему, но удивилась порядку и чистоте, которые царили в этой нехитрой обстановке. Впрочем, благодаря соцсетям, кухню Саши я знала лучше, чем свою. Запах жареного мяса примешивался к запаху дыма, но это не раздражало, а даже вызывало аппетит. В целом, обстановка выходила почти уютной. Таня уже вовсю хлопотала в переднике, "собирая" стол. В кухню вошёл её муж, держа в руке буханку белого хлеба в тонком пакете.

– Пусть проспится, – усмехнулся он.

– Дожили, Ванечка, да? – сказала Таня, выдвигая противень из духовки. Тяжёлый, но приятный запах заполнил кухню. – Сын под заборами валяется.

Во мне вдруг включилась прежняя, наивная Камилла:

– Ему, скорее всего, стало плохо...

– Камиллочка, – доставая рюмочки, сказал Ваня, – вы его ещё и защищаете? Плечи вон себе чуть не оборвали... Ну, за встречу! – он принялся разливать по рюмкам водку.

– А я не защищаю, – звонко произнесла Женя, – вот он проснётся, и я его ругать буду.

Татьяна, хитро на неё глядя, по-доброму рассмеялась.

– Я не пью, – вежливо остановила я "Ванечку". Но мне стало очень неловко, и я позвонила водителю, чтобы попросить его съездить в ближайший супермаркет и купить овощей к мясу, фруктов Жене, а также, самое лучшее красное вино в недавно открывшемся магазине напитков. "И то, что люблю я", – сказала я напоследок.

Саша приехал спустя полчаса. В чёрном костюме, обильно надушенный и гладко выбритый, он составлял невыгодный контраст второму Саше, помятому и растрёпанному, который уже, непонятно каким образом, проснулся и курил на крыльце дома. Я встретила водителя, взяла у него два тяжёлых пакета и, даже не моргнув, пошла к дому мимо разинувшего рот Саши.

Он попытался проскользнуть незамеченным в свою комнатушку, но не тут-то было. Отчим схватил его за рукав и, разразившись громким смехом, втащил в кухню, аки щенка. Это пробудило во мне щемящее чувство жалости. Я опустила глаза.

– Смотрю, куртка твоя в крови... Руки Камиллы в крови... Я уж думал, прибили тебя, Сашка!

Таня снова разрядила обстановку.

– Ну давайте уже без таких шуток, Ваня. Садимся ужинать, хорошо?  - она заканчивала нарезать привезенные овощи. Жене она вручила огромное красное яблоко, и та убежала в свою комнату.

Саша пробовал даже улыбнуться – видимо, чтобы шуточки отчима не набрали новый оборот. Но Иван снова начал разговор о том, в каком состоянии и где Саша был найден.

– А я наши грамоты, наконец-то, забрала в "Линалоле", – захотела я перевести тему, – которые ещё с декабря нам должны были выдать, помните тот концерт?

Татьяна кивнула. За ужином говорила в основном она, а её супруг изредка вставлял свои реплики. Если он начинал говорить, то переходил на совершенно посторонние темы. Таня смеялась и возвращала нить разговора.

Время прошло незаметно, за окном стемнело, тепло и спокойствие заполнило кухню. Мой телефон разрывался от звонков и уведомлений, и мне приходилось отвлекаться от рассказов Тани каждые полминуты. Ваня давно уже ушёл смотреть телевизор. Наконец, разговор зашёл о клипе на песню "Александр", в который требовался актёр. И сказать честно, в него требовался не просто актёр, а именно Саша – ни больше, ни меньше.

– Можем обсудить, – сказала я, – поглядев на предмет своей страсти. Таня поймала мой взгляд и тепло улыбнулась. Я не могла этого не заметить. Может, именно сейчас она поняла, что я всегда знала Сашу немного больше, чем просто как её сына.

Я рассказала обо всех условиях: место проведения, гонорар, сюжет, сценарий и увидела, как округлились их глаза. Без сомнения, им хотелось ухватиться за эту возможность, но для этого Саше нужно было быть со мной как минимум три дня. А ведь когда-то он отверг меня. Теперь он либо переступит через себя, либо откажется.

Я встала из-за стола и вежливо поблагодарила Таню за ужин. Нужно было идти домой, чтобы отдохнуть последние часы перед напряжённым днём, принять душ, сделать процедуры по уходу и конечно, ответить на пропущенные сообщения и звонки.

– Саша! Проведи Камиллу, – скомандовала Татьяна.

Мы остановились у распахнутых ворот.

– Я дойду сама, – сухо сказала я. – Завтра у KFC в пятнадцать минут девятого. Чёрный мерседес с восьмерками на номерах. Поведу я. Поедем смотреть студию, проверим подготовку. Я всё расскажу и покажу.

Я замолкла. Нельзя, ни в коем случае, возвращаться к себе прежней. Больше холода, неуязвимости и невозмутимости – даже при кипящей лаве чувств внутри. По крайней мере, сейчас... Рядом с ним: замкнутым, сдержанным, чуть за порог здания – рука в карман за сигаретой.

– Давай попробуем, – произнёс он.

– В пятнадцать минут девятого, – усмехнулась я.

– Ну, я вроде пунктуальный.

– Я помню.