«Оказывать помощь бедным и убогим, не спрашивая роду и племени». Когда жена умерла, граф Николай Петрович Шереметев (1751-1809 гг.) посвятил себя благотворительности. «Я не надеюсь ничем другим успокоить страждущий мой дух, как только одним пособием для бедствующих», — писал он.
Вы поймете, о каком из Шереметевых шла речь, когда я скажу: «крепостная певица Жемчугова» (на самом деле Ковалева, дочь кузнеца). Впервые услышав, как эта девочка поет, граф записал в дневнике: «Если бы ангел сошел с небес, если гром и молния ударили разом, я был бы менее поражен». Прасковье было 11, Николаю — 28.
Он фактически вырастил Прасковью в Подмосковье и сделал ее звездой. Сама Екатерина II, послушав в 1787-м оперу в Кусково, подарила певице алмазный перстень — тоже «была поражена».
В 1797-м граф (и Прасковья) отправились служить в Петербург новому царю Павлу — и певица потеряла голос. Надо ли было везти больную туберкулезом женщину на сырые берега Невы? Карьера, что поделать.
Честный граф после этого дал вольную и ей, и всем ее родным —между прочим, четыре брата и сестра. А потом (в 1801-м) и женился на Прасковье. Были бы в этой истории другие участники — был бы скандал: один из богатейших людей страны не должен так разбазаривать свой статус. Но это ведь та самая Жемчугова.
Спустя два года графиня из крепостных принесла графу единственного сына Митеньку — и умерла, не справившись с осложнениями после родов. Прожила всего 34 года. Тогда Николай Петрович продал три особняка в двух столицах и кратно увеличил расходы на строительство Странноприимного дома в Москве, которое они затеяли еще с Прасковьей.
Здесь потом еще сто лет кормили, одевали и лечили людей, попавших в затруднительное положение — от ветеранов 1812 года до вдов с детьми. Фраза, с которой я начал эту публикацию — это первый пункт устава шереметевской богадельни с колоннами.
«Я не надеюсь ничем другим успокоить страждущий мой дух, как только одним пособием для бедствующих. Жизнь быстротечна, и лишь благие дела сможем мы взять с собой за двери гроба» — писал Николай Петрович в напутствии сыну.
Шереметев также открыл Невскую богадельню в Питере, построил три храма, выкупал «из темниц» сидевших за мелкие долги и оплачивал достойные похороны бедняков. Дружил с Моцартом и, по некоторым сведениям, помогал ему материально. Гениальная музыка Вольфганга Амадея написана, в том числе, на русские деньги
До начала работы Странноприимного дома (1810 г.) граф не дожил. По завещанию его и самого зарыли в простом тесовом гробу, а деньги, которые могли бы пойти на пышную церемонию — тоже раздали.
«И доколе не померкнет солнце, доколе будет существовать мир — дотоле будут неизменны благодеяния места сего», — эти слова были сказаны на открытии богадельни Шереметева.
А в 1923-м на базе заведения начал работу НИИ скорой помощи им. Н.В. Склифосовского.