Аленка спала эту ночь плохо. Во сне она, а не Анна, подвергалась мучениям и изнурительным допросам. Она все куда-то бежала, кого-то искала. Проснулась Аленка вспотевшая. Простыня сбилась под ней в тугой валик, ночная сорочка стала влажная и будто не свежая. Сердце колотилось в груди и ноги болели, как если бы и вправду бегала. Внезапно Аленке почудилось, что тетка Анна померла и не успела до рассказать ей свою историю. Как была, в одной сорочке, босая, Аленка пробежала через двор и зашла в дом. На цыпочках подошла к Анне и в сумерках разглядела, что грудь женщины еле заметно поднимается и опускается. Жива! Аленка побежала домой. Умылась, оделась, выгнала корову из хлева. Мать уже встала и возилась у печи, замешивала крутое ржаное тесто - через день они пекли хлеб.
- Чем сегодня Анну кормить будем, дочка?
- Не ест она почти ни чего! Уж и не знаю, что еще дать ей!
- Набери смородины горсть, сделай морсу ей, да кашу жиденькую свари на молоке - мне вчера кулек манки для ребят в сельпо отвесили! Анне и щепоточки хватит - только повари подольше! Каша сил придает..
- Мама! Представится тетка Анна вскоре, что делать будем?
- А что же тут поделаешь? Схороним дочка! Сегодня к отцу Ивану схожу - верующая Анна, пусть придет к ней, грехи что -ли отпустит... Ты пока побольше у нее бывай, дочка! Страшно поди в одиночестве умирать! - мать смахнула слезу, - Да скажи к вечеру сама забегу проведать ее, только с делами управлюсь!
Приготовив кашу и морс, Аленка отправилась к тетке Анне. Та не спала уже. Заулыбалась, как только Аленку услышала.
- Вспоминала свою жизнь я ночью, кажется все только вчера было! Сейчас расскажу, что дальше было! - сказала Анна.
- Вот и славно! Да только покормлю Вас сначала! - Аленка поднесла ко рту Анны ложку.
- Что это ты меня на "Вы" величать стала? - Анна с трудом проглотила жидкую кашу. В горле будто стоял ком и есть совсем не хотелось.
- Так ведь Вы из князей оказались! Императора воочию видали, да в родстве с ним состояли!
- Ты Аленка брось это! Ни к чему! Нету той жизни больше, нет князей, нет царей! Сама знаешь - все равны! А уж после войны этой страшной, и вовсе почет простому народу, что жизни не щадя родину защитил - почет и слава! Так что и величай, как раньше, теткой Анной!
Аленка промолчала, но слова Анны были ей приятны. Защекотало в груди - вот сидит она простая крестьянская девчонка, кормит с ложки бывшую княгиню и является для нее самым близким на земле человеком!
- На другой день меня опять повели на допрос и снова в комнате был тот военный, кто отпустил меня вчера! И только за эту ночь передышки была я уже ему благодарна.
Человек начал задавать вопросы. А что отвечать если и правда не знаешь ничего! Но он не злился, не кричал на нее, не бил. Анна удивлялась.
- Вот, что Анна Михайловна! Я вижу, что Вы говорите правду. Через пару дней Ваша дальнейшая судьба будет решена! Я еще не знаю как, но отсюда Вы точно выйдете...
Анна поняла намек - ее могут и казнить, и отправить в ссылку. Но ей уже было все равно - лишь бы вон отсюда, из зловонной, черной тюрьмы!
Два или три дня прошло - Анна потеряла счет дням - и вот дверь камеры открылась. Он вошел.
- Анна Михайловна! Пройдемте со мной!
Дни без истязаний пошли ей на пользу. Раны заживали, тело крепло. Только душа трепетала, как прежде. Они прошли в просторный кабинет. Несколько столов, два мягких кожаных дивана. Шкафы с книгами и бумагами. Телефон и радио.
- Прошу, садитесь! - произнес добрый военный, - наконец-то у меня для Вас есть новости, а хорошие они или нет, решать Вам!
- Я слушаю! - произнесла Анна, прерывая возникшую неловкую паузу.
- Мы подняли Ваше досье и досье всех Ваших родственников, так как, Вы и Ваши родные являетесь близкими родственниками императора. Ваши родители пытались бежать за границу, что было расценено как шпионаж и предательство, и за это понесли суровое наказание... Вашим братьям и сестрам удалось скрыться и путь в Россию для них закрыт. Однако Вы остались здесь! Почему?
- Не смогла покинуть Родину, за которую сложил голову мой муж!
- Да, мы и эту информацию проверили! Как враждебный элемент, Вы заслуживаете наказание, однако заслуги Вашего супруга перед отечеством и Ваш отказ от попытки бежать за границу, являются смягчающими обстоятельствами! Потому, Вы лишаетесь всех титулов и имущества, - Анна горько усмехнулась, ведь она давно уже всего лишилась, - Вы отправляетесь на житье в Сибирь сроком на 10 лет. После этого сможете начать новую жизнь, там где пожелаете!
- Спасибо за милость! - в голосе Анны звучал сарказм, - Хоть бы объяснили, в чем все же моя вина!
Человек в форме немного помолчал:
- Скажу вам откровенно, Анна Михайловна! Вам повезло, что Вы живы! Поверьте, полученное вами наказание - это большая удача! Сейчас могут расстрелять только за то, что Вы носите княжеский титул...
Поезд нес Анну куда - то далеко, на Север. Грязь, вонь, вши, голод, стоны больных. Жесткие полки, на несколько человек, страх насилия... Но все вынесла, доехала. Уже прибыв на место узнала - новая власть объявила амнистию. Но про них, только что прибывших, все забыли! Да и пусть! Анна все обдумала в пути - благо времени было много! Ведь не на каторгу выслали, а в Сибири тоже живут люди! Устроилась в выделенной ей комнатушке. В соседки Анне досталась пожилая дворянка, сосланная еще в первую революцию, вместе с мужем. Муж ее недавно умер и Анна заняла его место. Анну определили на работу чисть железнодорожные пути. Быстро пролетел первый, самый трудный год, в конце которого Анна узнала, что император со всей семьей были расстреляны... Через несколько лет, в местной больнице, освободилось место медицинской сестры и Анна заняла эту должность. Опыта у нее было много, а медиков катастрофически не хватало. Умерла соседка и она осталась в комнатушке одна. Стерпелось, привыкла к одиночеству, отдавала себя всю работе.
- Ох Аленка! Как прожила эти 10 лет не буду рассказывать! Тяжело! Все 10 лет однообразно, тревожно, одиноко! Не успела я туда прибыть, как начались волнения и восстания крестьян! Противились люди законам новой власти и этой волной недовольства невольно задевало и нас, ссыльных. Подозревали нас в подстрекательстве, карали за общение с крестьянами. Но все же выдержала...
Шел 1927 год. В поезде, что вез в разрушенный землетрясением Крым, продукты и медикаменты, ехала статная, черноволосая, неразговорчивая медсестра. На вид ей можно было дать лет 50, хотя не было еще и 40. Анна Михайловна, получив разрешение оставить место выселки, отправилась добровольцем в Крым, восстанавливать разрушенный стихией полуостров...
- Анна Михайловна! А дальше!
- Устала я что-то Аленка! Отдохнуть хочу, не много!
Дверь открылось и в нее вошла Аленкина мать:
- Ты как Анна? Не сильно тебе егоза моя докучает?
- Да что ты Надежда! Одна радость мне от нее! Вот тебе подмоги мало, да ты уж потерпи - не много мне осталась!
- Ничего Анна! Встанешь еще на ноги! Я к тебе отца Ивана зайти попросила, пусть водой святой тебя окропит, авось полегчает смилуется Господь!
- Спасибо Надя! Спасибо...