Советско-финская война 1939-1940 гг. коснулась и Башкирии. Двадцать восемь жителей Бакалинского района не вернулось. Среди них была и Екатерина Николаевна Тангаева из д. Ново-Шарашли, которая после окончания Башкирского мединститута в 1938 г. пошла на войну в качестве военного врача-хирурга. На примере судеб этих двух людей, архивных данных и специальной литературы их потомки попытались проследить тяжелый и трагический путь дивизий, где они служили во время «забытой» войны.
Штурм «линии Маннергейма»
Утром 30 ноября 1939 г. советские войска перешли Государственную границу и начали наступления на 1200-километровом фронте, от Финского залива до Заполярья. В боевых действиях в начале войны до прорыва «линии Маннергейма» участвовали 4 армии – 7-я, 8-я, 9-я, 14-я. 6 декабря стрелковые дивизии приступили к форсированию реки Тайпален-йоки сразу на трех участках. Задача была чрезвычайно сложной. Ширина реки достигала 180 м, а глубина – 8 м. Противоположный берег – сплошные укрытия. Несмотря на форсирование реки и тяжелые бои, закрепиться и развить успех советским частям не удалось. Ввиду огромных потерь в живой силе, шквального огня из дотов и дзотов и невозможности продвижения операции были приостановлены к исходу 9 декабря 1939 г., и фронт перешел к обороне.
С 26 декабря 1939 г. по 10 февраля 1940 г. началась активная подготовка штурма «линии Маннергейма», создание лучших условий для наступления. За месяц была разведана сама система «линии Маннергейма», обнаружено много скрытых дотов и дзотов, и путем ежедневного артогня и штурма бомбардировщиков началось их разрушение.
Общее наступление началось 11 февраля 1940 г. мощной артиллерийской подготовкой, после которой пехота прорвала оборону противника к концу дня на решающем участке и к 14 февраля вклинилась в глубину линии на 7 км, а 21 февраля советские войска вышли на основную линию финских укреплений. Спустя неделю началось еще более мощное наступление. Противник, не выдержав удара, стал отходить до Выборгского залива. Вторая полоса укреплений была прорвана за два дня.
Финское командование рассчитывало, что Выборгский укрепрайон, считавшийся неприступным и располагавший уникальной системой затопления на 30 км, сможет затянуть войну на месяц-полтора, что даст возможность Англии и Франции доставить в Финляндию 150-тысячный экспедиционный корпус. Поэтому финны взорвали шлюзы Сайменского канала и затопили на десятки километров подходы к Выборгу. Но советское командование провело глубокий обход Выборга с северо-запада силами 7-й армии. Наступление советских войск началось 2 марта. Войска 7-й армии, наступавшие в северо-восточном направлении на Выборг, окружили город, и утром 13 марта противник сдался. А накануне 12 марта в Москве был подписан мирный договор.
В Приполярье
Военврач Е. Н. Тангаева попала на фронт в составе 44-й стрелковой дивизии, которая была сформирована в г. Тернополе (на Украине), когда уже началась война, и брошена на выручку окруженной 163-й дивизии 9-й армии, действовавшей на широком фронте от побережья Онежского озера до Полярного круга. Именно в районе Суомуссалми полоса финской территории между советской границей и Ботническим заливом наиболее узка. При умелом ведении операций было возможно разрезать фронт противника пополам и выйти в кратчайший срок на побережье Ботнического залива. Этим решался целый ряд задач: изоляция северной Финляндии от всей остальной территории, лишение Финляндии железнодорожной коммуникации со Швецией. Однако сил для крупномасштабного наступления было явно маловато, тем более нашей армии противостояла хорошо оснащенная Лапландская группировка.
К началу войны 9-я армия фактически представляла собой стрелковый корпус в составе трех дивизий – 122-й и 163-й стрелковых и 54-й горнострелковой. Подход четвертой – 44-й дивизии – ожидался не ранее середины декабря и предназначался для развития успеха. Командование 9-й армии считало предстоящие боевые действия небольшой зимней прогулкой. И в своих оперативных планах определяло дневной темп продвижения для всех трех дивизий в 23-24 км в сутки. Трагическое заблуждение, стоившее многих тысяч жизней…
Командирам 122-й стрелковой дивизии и 54-й горнострелковой дивизии удалось создать боеспособные соединения, значительная часть личного состава которых овладела искусством боевых действий на лыжах. А вот 163-я стрелковая дивизия, помимо плохой боевой подготовки личного состава, испытывала серьезные осложнения со снабжением обмундированием и амуницией, необходимых для ведения войны в приполярных районах. Командир дивизии Зеленцов незадолго до 30 ноября рапортовал в штаб армии, что во вверенном ему соединении отсутствуют маскировочные халаты, лыжи и даже валенки.
21 декабря финским лыжным группам удалось выйти на коммуникации 163-й дивизии, уничтожить часть тыловых обозов и создать угрозу окружения основных сил. Попытки прибывающих отдельных частей 44-й дивизии отбросить финские отряды с дороги успеха не имели. Этому было несколько причин. Отправка 44-й дивизии была непланомерной, и в результате первым отправился не целый полк, а отдельные батальоны, которые вводились в бой поочередно без надлежащей огневой поддержки и управления. К тому же, саперный и разведывательный батальоны, чье участие с первого дня было крайне важно, выгрузились последними и оказались в хвосте колонны. В течение нескольких дней третий батальон 305-го стрелкового полка, где служила военврачом капитан Е. Н. Тангаева, при поддержке полковой артиллерии и 312-го танкового батальона пытался прорвать оборону противника, занявшего позиции на 25-м километре дороги на Важенваара (или, как его называли финны, сектор Раатте), но безуспешно. Тем временем противник начал беспокоить тылы частей 44-й стрелковой дивизии, устроил завалы на дороге ближе к границе.
Ударная группа оказалась отрезанной от остальных подразделений дивизии. Положение усугубилось тем, что некоторые части не получали продовольствия и боеприпасов по 2-3 дня. Командующий 9-й армией В. И. Чуйков в донесении Наркому Обороны К. Е. Ворошилову сообщал: «Считаю положение 44-й дивизии очень серьезным, и если к 4.00 5 января очистить дорогу не удастся, прошу разрешения части 44-й стрелковой дивизии отвести на новый рубеж к востоку от 19-го километра».
5 января в 23.00 военный совет 9-й армии приказал комдиву Виноградову пробиваться к 19-му километру, хотя этот участок оказался занят финскими войсками. Получив разрешение командования 9-й армии «действовать по собственной инициативе», комдив отдал приказ выводить людей с северной стороны дороги на Важенваара. На следующие сутки дивизия продолжала вести бой в окружении, командование пыталось вывести людей, тяжелое вооружение и технику, но безуспешно.
Сииласвуо писал о событиях 6 января следующее: «Паника окруженных все росла, у противника больше не было совместных и организованных действий, каждый пытался действовать самостоятельно, чтобы спасти свою жизнь. Лес был полон бегающими людьми».
К вечеру 7 января первые группы личного состава дивизии во главе с ее командиром прибыли в Важенваара. Выход из окружения продолжался в течение нескольких дней. Вернулись не все. По данным штаба дивизии, за период с 1 по 7 января потери соединения составили: убит 1001 человек, 1430 ранены, 2243 пропали без вести. Среди них оказалась и военврач 305-го полка 44-й дивизии капитан Екатерина Николаевна Тангаева. Остается лишь гадать, замерзла ли она в снегах негостеприимной Лапландии, попала в плен или спаслась чудесным образом. С тех пор родственникам ничего не известно о ее дальнейшей судьбе, хотя предпринимались попытки узнать что-либо даже через телепередачу «Жди меня». Может быть, эта публикация поможет устранить еще одно белое пятно о неизвестных участниках советско-финской войны.
А вот что рассказывал о событиях 7-9 января Сииласвуо: «В полдень противник начал сдаваться: голодные и замерзшие люди выходили из землянок. Мы захватили большое количество военных материалов, о которых наши части не могли мечтать даже во сне. Досталось нам все вполне исправное, пушки были новые, еще блестели... Трофеи составили 40 полевых и 29 противотанковых пушек, 27 танков, 6 бронеавтомобилей, 20 тракторов, 160 грузовых автомобилей, 32 полевые кухни, 600 лошадей».
Финский главком Карл Густав Маннергейм так описывал эти сражения: «Полковник Сииласвуо разделил свои измотанные части на несколько боевых групп и наносил ими удар за ударом по флангам 44-й дивизии. Длинная колонна во многих местах была разбита на отдельные куски, в которых русские сражались с необыкновенным упорством до конца. Лишь небольшой части противника удалось вырваться из окружения и найти себе спасение за границей. Военные трофеи были огромны: 70 различных орудий, 43 танка, 270 автомашин и тракторов, 300 стволов автоматического оружия, 6000 винтовок, 32 полевые кухни. Подсчитать точное число убитых оказалось невозможным, ибо снег укрыл и их, и замерзших насмерть. 1300 человек были взяты в плен».
В последующие несколько дней страницы западных газет были буквально нашпигованы статьями о разгроме 44-й дивизии. Когда смотришь на эти фотографии – понурые лица пленных, замерзшие трупы, разбитая техника, брошенные пушки и пулеметы, – становится нестерпимо больно. Но еще больнее – несколько десятков лет трусливого молчания, которое хранили официальные лица. К счастью, в 1994 году эта историческая несправедливость была устранена: в г. Суомуссалми поднялся памятник работы скульптора Олега Комова «Своим сынам – скорбящая Россия». Лучше поздно, чем никогда.
Сразу же после выхода из окружения Виноградов, Волков и начальник политического отдела дивизии полковой комиссар Пахоменко предстали перед судом. Им вменялось в вину то, что они «преступно игнорировали приказы высшего командования Красной Армии и военного совета 9-й армии о постройке на коммуникациях дивизии оборонительных сооружений, разбросали части дивизии на отдельные отряды и группы, не связанные между собой, и, спасая свою шкуру, позорно бежали с небольшой группой людей в тыл». Расстрельный приговор привели в исполнение перед остатками личного состава дивизии 11 января 1940 года. На них была возложена вся вина за поражение дивизии.
В заключение приведем некоторые трагические цифры советско-финской войны 1939-1940 гг.
Потери советских войск: убитыми, умершими, пропавшими без вести – 126875 чел., из них убитых – 65384 чел. Ранеными, обмороженными, контуженными, заболевшими – 265 тыс. чел., из них 172203 чел. возвратились в строй. Пленено 5567 человек. За 105 дней войны из Красной Армии численностью в 1 млн. чел. потеряно 391,8 тыс. чел, то есть 39%.
Потери финских войск общей численностью в 500 тыс. чел.: убитыми – 48,3 тыс. чел., ранеными – 45 тыс. чел, пленными – 806 чел., общие потери – почти 100 тыс. чел., или 20%.
Воины, погибшие в советско-финской войне 1939-1940 гг., участвовавшие в боях Северо-Западного фронта, призванные Бакалинским РВК из Башкирской АССР:
Михаил Алексеевич Данилов, 1908 г. р., Ново-Матинский с/с. Призван Бакалинским РВК. Кр-ц 679 с/полка 113 с/д, 7 армия. Погиб в бою 02. 03. 1940 г.
Екатерина Николаевна Тангаева, 1916 г. р., д. Ново-Шарашли. Военврач. 305 с/п 44 с/д. Пропала без вести 07. 01. 1940 г.
Гайфулла Зайдулович Зайдуллин, д. Сакатово. Погиб в бою 03. 03. 1940 г.
Фахраз Закиров, 1911 г. р. д. Муслюмка. Погиб в бою 03. 03. 1940 г.
Иван Ильич Ильин, 1910 г. р., д. Смена. Кр-ц 245 с/полка 123 с/д, 7 армия. Погиб в бою 26. 02. 1940 г.
Казин Карр. Харассов, 1914 г. р., д. Ново-Тумутук. Мл. ком. 679 с/п 113 с/д, 7 армия. Погиб в бою 28. 02. 1940 г.
Сергей Кириллович Чертков, с. Бакалы. Кр-ц 300 с/п 7 с/д, 7 армия. Погиб в бою 25. 02. 1940 г.
Гайнула Сунгатович Шайдулин, 1919 г. р., Мустафинский с/с. Кр-ц 284 мсп 86 мсд. Пропал без вести.
Галихмет Мин. Шайхадинов, 1914 г. р. Куручевский с/с. Кр-ц 245 с/полка 123 с/д, 7 армия. Пропал без вести 20. 02. 1940 г.
Метегула Шайхулин, 1916 г. р. Кр-ц 27 с/п 7 с/д, 7 армия. Погиб в бою 12. 02. 1940 г.
Давлет Нурмух. Шаяхметов, д. Рсаево. Кр-ц. Пропал без вести.
Иван Андреевич Зверчиков, 1912 г. р., д. Килеево. Кр-ц. Пропал без вести.
Ефим Петрович Сведюнин, 1911 г. р. д. Старые Маты. Кр-ц 245 с/п 123 с/д. Пропал без вести 19. 12. 1939 г.
Ефим Петрович Свежонкин, д. Старые Маты. Кр-ц 245 сп 123 сд. Пропал без вести 09. 02. 1940 г.
Евгений Владимирович Старшинов. Кр-ц 245 сп 123 сд. Пропал без вести 20. 02. 1940 г.
Габдель-Карим Саитгареевич Сайтгареев, д. Бишураево. Кр-ц. Пропал без вести.
Федор Петрович Тимофеев, д. Ново-Шарашли. Кр-ц. Пропал без вести.
Ш. Ситдиков. Кр-ц. 741 мсп 128 сд. Погиб в бою 09. 03. 1940 г.
Виктор Николаевич Павлов, д. Умирово. Кр-ц. Погиб в бою 14. 02. 1940 г.
Григорий Филиппович Шагин, 1909 г. р., д. Старые Шарашли. Кр-ц. Пропал без вести в марте 1940 г.
Федор Васильевич Якимов, 1911 г. р. Куяновский с/с. Кр-ц 181 сп 43 сд. Умер от ран 13. 03. 1940 г.
Сергей Васильевич Новиков, 1911 г. р., д. Килеево. Кр-ц. Пропал без вести.
Бшетимир Габдрахманович Валеев, 1919 г. р., д. Камыш. Кр-ц. Пропал без вести в январе 1940 г.
Иван Сергеевич Голдырев, 1912 г. р. Кр-ц 554 сп 138 сд. Погиб в бою 28. 02. 1940 г.
Габсатр Яппарович., Кр-ц, погиб в бою 07. 03. 1940 г.
Василий Васильевич Янтиряков, д. Ахметовка. Кр-ц 245 сп 123 сд. Погиб в бою 17. 02. 1940 г.
Иван Михайлович Мусин, 1911 г. р. с. Серматины. Кр-ц 245 сп 123 сд. Погиб в бою 23. 02. 1940 г.
Игнатий Иванович Вагаев, д. Бугабашево. Кр-ц. Пропал без вести.
Л. КОШКИН, В. ТАНГАЕВ
Издание "Истоки" приглашает Вас на наш сайт, где есть много интересных и разнообразных публикаций!