Итак, на дворе 1756 год. Будущая императрица, а ныне великая княгиня Екатерина уже оправилась от родов и готова к новому страстному роману. Муж Петр ее по-прежнему не интересует, а вот молодой секретарь британского посольства Станислав Понятовский - очень даже. В комплекте с новым фаворитом великая княгиня получает бонус - большие взятки от английского посланника. Великобритания платит ей за секретные сведения из Зимнего, а 27-летняя Екатерина покупает на английские деньги наряды и бриллианты, чтобы пощеголять в них перед милым возлюбленным.
«Глядя на нее, я забыл, что существует Сибирь»
Аристократы пренебрежительно называли Станислава Понятовского «парвеню» - или попросту выскочкой. Был он, как говорили, «темного» происхождения, но при этом отличался некоторыми способностями: образование имел разносторонее, привычки утонченные, воспитание космополитическое, с тонким налетом философии. Родился в Польше, потом годами путешествовал по Европе и наконец осел в Лондоне, где его и приметил Чарльз Уильямс - ветеран дипломатии, язвительный и остроумный; как выразился один историк, «в его уме обитала химера».
Сэр Чарльз как раз подыскивал подходящего помощника для выполнения чрезвычайно деликатной миссии в России. Говоря современным языком, английское правительство пыталось завербовать в Зимнем дворце шпиона, чтобы помешать императрице Елизавете подружиться с Францией. Уильямс решил подобраться поближе к невестке императрицы. Великая княгиня Екатерина терпеть не могла свекровь, нуждалась в деньгах, мечтала о власти и искала любовных приключений. Сорокашестилетний сэр Чарльз и сам попробовал ее очаровать, но был он для этого слишком полным и краснолицым, совсем не во вкусе Екатерины. А вот обаятельный Станислав, который "умел ловко ввернуть мадригал в банальный разговор" и "обладал искусством вовремя умилиться", ей сразу понравился.
Сам Станислав не сразу согласился на отношения с Екатериной. До него дошли мрачные слухи о судьбе других фаворитов русских цариц и великих княгинь - бывшие кавалеры венценосных особ в лучшем случае отправлялись в ссылку. Но противостоять Екатерине было невозможно. Вот как описывал ее сам Понятовский: «Брюнетка, она была ослепительной белизны; брови у нее были черные и очень длинные; нос греческий, рот как бы зовущий поцелуи, удивительной красоты руки и ноги, тонкая талия, рост скорей высокий, походка чрезвычайно легкая и в то же время благородная, приятный тембр голоса и смех такой же веселый, как и характер… Глядя на нее, я забыл, что существует Сибирь».
Бесстыдная коррупция
Сохранились свидетельства предательства Екатериной интересов страны и императрицы. Великая княгиня вела переписку с Уильямсом через своего фаворита Понятовского и давала расписки в получении денег от английского короля.
Профессор, доктор исторических наук Татьяна Леонидовна Лабутина сообщает: «Самое главное, на чем настаивал посол, так это обязательство, которое великая княгиня должна была передать королю, собственноручно переписав его с образца, который прислал сэр Чарльз. В письме Уильямса от 23 августа 1756 г. прилагался текст данной расписки: «Я получила из рук британского посла сумму в десять тысяч ф. стерл. (44 тыс. руб), которую я обещаюсь возвратить его величеству великобританскому королю, когда он ее от меня потребует». Екатерина подобную расписку дала (этот документ хранится в Государственном архиве), хотя и сделала это неохотно, опасаясь, что она может попасть в посторонние руки. «Что вы торопитесь с моей распиской на деньги, – возмущалась Екатерина, обращаясь к Уильямсу. – Еще недостает 4 тыс. рублей».
В общей сложности Екатерина получила от английского правительства как минимум 50 тысяч рублей, а скорее всего, в разы больше. Она тратила всё на наряды и драгоценности. Чем же расплачивалась великая княгиня с королем Великобритании Георгом II?
Во-первых, она старалась «помешать всем глупостям» императрицы - Екатерина настраивала свекровь против Франции; впрочем, ей не слишком это удавалось, Елизавета испытывала большую симпатию ко всему парижскому. Тем не менее, невестка упорно вела при дворе активную антифранцузскую и проанглийскую политическую деятельность, пыталась влиять на важные кадровые назначения.
Во-вторых, Екатерина передавала Уильямсу секретные документы, касающиеся внешней политики России. Так, великая княгиня переслала англичанам перевод депеши из Турции, документ чрезвычайно заинтересовал посла и он его «прочел с удовольствием три раза». Также Екатерина сообщала британцам свежие новости о болезнях императрицы, что тоже являлось государственной тайной.
Почти двойной агент
В середине 1757 года Уильямс серьезно заболел - он стал стремительно и необратимо терять рассудок. Дипломата отозвали из России. Брать деньги стало не у кого. Но Екатерина слишком привыкла к красивой жизни, чтобы жить по средствам. Поэтому она совершила очередной беспринципный поступок - обратилась с просьбой о ссуде к французскому посланнику Луи Огюсту де Бретейлю. К представителю той самой страны, «величие которой составляет позор для России», как говорила она Уильямсу!
Однако попытка Екатерины стать двойным агентом не увенчалась успехом. Бретейль отказался с ней сотрудничать и даже на некоторое время выехал из Петербурга, чтобы его ни в чем не заподозрили. В конце концов, по сведениям дореволюционного историка Василия Алексеевича Бильбасова, Екатерина заняла 100 000 рублей у английского купца Фельтена. А через несколько дней ей удалось совершить переворот, и в ссудах она более не нуждалась - вся государственная казна была у императрицы в руках.
А что же Понятовский? Великая княгиня рассталась с ним через полгода после отъезда Уильямса из России. Место Станислава в будуаре Екатерины занял еще более молодой Григорий Орлов. Но и прежнего возлюбленного она не забывала. Став императрицей, Екатерина выдвинула Станислава в польские короли. Полная противоположность сибирской ссылке, которой так боялся Понятовский!
В завершение приведу цитату историка Якова Барскова: «Двое царей (Александр II и Александр III) живо интересовались письмами Екатерины Уильямсу, но не решились огласить их; это дозволил после революции 1905 государь Николай II, презиравший Екатерину II и высоко чтивший Павла I». Колебания императоров вполне понятны. Весь имидж Романовых строился на величии Екатерины II. А разве можно назвать «великой» женщину, покупавшую бриллианты на деньги от продажи государственных секретов?
Автор статьи — писатель и журналист Анна Пейчева
Новая книга автора — «Радости и горести Александра III»
Уникальный архив — в подписке Дзен Премиум
Живая история каждый день — «Уютная история» в ВК
Не пропустите новые уютные истории — подпишитесь на канал!