Вскоре после гибели Шику Мендеса, защитника амазонских лесов, его имя усилиями людей воплотилось в растении: в другом земном полушарии, в Италии, в городке Портогруаро, в честь этого бразильского общественного деятеля посадили ясень. Через какое-то время погиб и ясень — высадили новый. И вот в тенистом углу парка я наткнулась на памятную табличку с именем Chico Mendes. Так далеко от Бразилии? Эта ситуация доводила до предела человеческое желание ухватить природу за дразнящуюся высокую ветку. Здесь имя человека не перепрыгивало полметра от ботаника к изучаемому им виду, дабы продолжить жить в памяти поколений, жить веками. Нет, оно перелетало полмира, чтобы найти приют в коре, листьях и соках конкретного памятного смертного дерева. Ох уж эта тяга непременно скрестить параллельные миры, «привив» на растение имя человека или местности! Как будто у странного союза возможен плод, коим станет вечность… Ох уж эта потребность навесить на шелестящие ветки заковыристое определение! Как будто оно