Авторы «Девятаева» и «Битвы за Севастополь» сняли еще один неадекватный фильм, способный претендовать на место на полке рядом с «Утомлёнными солнцем 2». Кино о том, как снимали фронтовую хронику, и как первый «Оскар» за документалку получил «Разгром немецких войск под Москвой». Тема интересная. Но вышло печальное зрелище.
В прологе − просмотр фильма Moscow strikes back («Разгром немецких войск под Москвой») в 1942 году в Лос-Анжелесе. Продюсер Дэвид Селзник в восторге от фронтовых операторов СССР и придумывает ввести на «Оскаре» номинацию за неигровое кино. Затем весь фильм убеждает в важности неигровой номинации тестя − продюсера Луиса Майера.
Далее: осенью 1941 года студенты ВГИКа Лев Альперин (Антон Момот) и Иван Майский (Тихон Жизневский) просятся на фронт, что актуально на фоне поступающей в Москву пленки с низким качеством съемки. Альперин дерзко передает просьбу самому Сталину, и решение принято: студентов отправляют в места боев с камерами в руках.
Чтобы авторам было веселее, герои в конфликте. Альперин влюблен в невесту Майского и не скрывает, да и творческие подходы у них разные. Майский за инсценировку (в реальности она действительно помогала, до самого снимка с флагом над Рейхстагом), только реализует ее топорно, как в российском кино про войну. Альперин за живые эмоции, не ограничивает себя кадрами из окопов: снимает разрушенные деревни, виселицы, госпитали...
«Интересная инсценировка факта. А что? Тоже метод», − говорит Майскому режиссер Илья Копалин (Андрей Мерзликин). Эти слова словно про авторов фильма. Как будто они сами себя хвалят.
Альперин и Майский как бы соревнуются. При этом Майский ведет себя жестко, может пострелять, а Альперин − как будущий неполживец: ссорится с НКВД, трижды спасает немцев от советского оружия, способен на чудные выходки, вроде выхода к противнику с белым флагом.
Режиссер Сергей Мокрицкий прославился «Битвой за Севастополь», где было много забавного, например, экранизация детской фантазии о том, как подстрелить танк из ружья, да героиня, чью биографию заменили на шитую белыми нитками выдумку нескольких сценаристов, в числе которых был и Мокрицкий. Еще один сценарист − Максим Бударин, на его счету две фееричные выдумки про войну: «Битва за Севастополь» и «Девятаев».
Московская часть кино похожа на средненький сериал про студентов, но как только действие переносится на фронт, начинается безумие. Мокрицкий пытается прокачать кровью каждую секунду действия.
«Красиво!» − говорит оператор, когда советские позиции бомбят. Далее идут фантазии гикнутой школоты 21 века с немцами-огнеметчиками из клуба любителей дизельпанка. Со слешером и жестким сплаттером, в котором гримеры так оторвались и все оторвали (а ранки на лбу Альперина изобразить нормально не смогли), что это даже могло быть смешно, если забыть, что смотришь фильм про Великую Отечественную.
Чего только стоит летающий по окопам как шарик в «Фантазме» моток колючей проволоки... Неуместной чернокомедийности добавляет командир в исполнении Никиты Кологривого, над которым через пару эпизодов персонажи реально ржут.
Никита Михалков после легендарного паноптикума «Утомлённые солнцем 2» говорил, что опередил время. Это звучало смешно, не верилось, что такое время может наступить. Но утомленный мастер оказался прав. Пошловатый военно-полевой треш-угар захватил российские экраны, и сегодня фильмы типа «Собибор», «Первый «Оскар», «Танки», «Девятаев», «Первый «Оскар», «Мария. Спасти Москву», к сожалению, являются мейнстримом.
Как часто бывает с отечественными киноподелками на военную тему, история тут соотносится с реальностью только в общих чертах: да, было такое кино, был вручен «Оскар». В реальности материала студентов в этом фильме нет. Альперин и Майский − выдуманные персонажи.
Авторы и тут все опошлили. Отдаленный прототип Майского можно угадать, это Владимир Сущинский − один из героев, что вел съемку до смерти, но за него обидно, так как Майский и Альперин − неприятные персонажи с набором отрицательных качеств: зависть, подлость, неумение дружить, неуважение к женщине, просто глупость...
Казалось, история пойдет как «приятельский фильм», а любовный треугольник, несмотря на конкуренцию друзей, даст какое-то тепло. Но нет. Герои чем дальше, тем хуже относятся друг к другу, переступая многие этические ограничения. Под конец смотреть на их грызню противно. И это образы защитников Родины? Серьезно? Даже грубо отыгранные карикатурные американцы симпатичнее, чем главные герои.
Также не очень умна интрига с «найденной пленкой» Майского, когда авторы устраивают нелепый детектив на ровном месте.
Кроме того, что тут трудно найти заслуживающего сочувствия персонажа, в части истории кино тоже невесело. Над фильмом «Разгром немецких войск под Москвой» студенты толком и не поработали, по сути в центре действия просто пара операторов, которые к «Оскару» почти не имеют отношения, да и на портрет представителя профессии не тянут.
В контексте «Оскара» гордости за отечественное кино не возникает. Во-первых, такое название фильма могло быть придумано только от рабской психологии жителей колонии. Во-вторых, работа Мокрицкого ничего особо не доказывает, только демонстрирует политизированность «Оскара». В сцене голосования в 1943 году в Лос-Анжелесе именно политпропаганда, а не художественные достоинства советского кино, становится ключевым аргументом.
Дело понятное. В годы войны американцы из полит-логики даже сняли несколько хвалебных фильмов про СССР. «Миссия в Москву» (1943), «Мальчик из Сталинграда» (1943), «Северная звезда» (1943), «Три русские девушки» (1943), «Песнь о России» (1944), «Дни славы» (1944), «Контратака» (1945). Вручение «Оскара» советскому фильму (кстати другие номинанты тоже были награждены) из той же серии. Но что с того?
Спасибо за дочитку! Подписывайтесь на канал, и продолжим!