Глава 18.
- Настя, они живы! - глаза Андрея сверкали от радости, - Анюта жива!!!
- Ну вот и хорошо! - Настя ободряюще улыбнулась ему, но в душе почему-то больно кольнуло.
Неужели ревность? Этого только не хватало! Она обещала Косте его дождаться и обязательно дождется, во что бы то ни стало. А Андрею для исцеления нужны положительные эмоции. Это очень полезно ему. Она вздохнула и внимательно посмотрела ему в глаза:
- Ты хочешь ее отыскать?
Андрей, немного поостыв, задумался, потом покачал головой.
- Не сейчас... Для меня главное, что они живы. Что Анюта жива! Сейчас о другом думать надо - на фронт пробираться, либо к партизанам уходить. Вот встану на ноги...
- Вот встанешь, тогда и будем разговаривать. А если тебе интересно мое мнение: забудь ее, с ней рядом Гришка, который сейчас заботится о ней. Он ее спас, а это дорогого стоит. Она только из благодарности будет благосклонна к нему. Война всех изменила. И сейчас неизвестно, как она отнесется к твоему появлению. Первая любовь быстро проходит...
- Ты просто никогда не любила! - с возмущением перебил ее Андрей, - не знаешь, что это такое... жить ради любимого. И ты... совсем не знаешь Анюту. Гришку она не любит, никогда она с ним не будет! Не предаст меня...
- Жизнь сложная штука, - покачала головой Настя, - а война вообще все перемешала в ней - хорошее и плохое, любовь и ненависть, верность и предательство...
***
Искать партизан Андрею с Настей не пришлось, вскоре они сами их отыскали - для раненых бойцов нужны были врачи. Здесь и пригодилось его незаконченное высшее медицинское, его специализация "хирургия" стала самой востребованной.
Едва встав на ноги, он начал оперировать.
Партизаны вели очень активную деятельность - взрывали железные дороги, мосты, базы, очень рискуя собой.
Однажды привезли окровавленного бойца из чужого партизанского отряда, у него была оторвана нога, а вторую надо было спасать. Узнав, что здесь оперирует настоящий хирург, его привезли сюда. Бойца внесли два парня, а следом за ним в блиндаж спустилась молодая женщина в ватной фуфайке. В отчаянии, со слезами, она сразу кинулась к хирургу:
- Доктор, миленький, спасите его. Это наш командир!
Андрей сразу узнал ее, хотя вначале не поверил глазам.
- Анюта?! Вот так встреча!
Аня вздрогнула, темнота в блиндаже не давала глазам сразу все рассмотреть, но этот голос она узнала бы из тысячи:
- Андрей, неужели это ты?
- Я!!!
Сухие потрескавшиеся губы медленно раздвинулись в смущенной улыбке, глаза сверкнули. Андрей жадно рассматривал ее лицо - несмотря на пережитое, на едва заметные шрамы, она все равно оставалась красавицей. Внутри его все затрепетало от счастья: она жива, и она нашла его! Вот она, долгожданная встреча!!! Что может быть прекраснее?
С минуту они смотрели друг на друга с сияющими от счастья лицами. Но Анюта первая пришла в себя, ее глаза погасли, в них появились тревога и страх. Она умоляюще сложила руки, словно в молитве:
- Андрей, умоляю, спаси его... Это Гриша, мой муж...
- Муж? - остолбенел Андрей, пол качнулся под ним, но он быстро овладел собой, тут же переключился на раненого, осмотрел его и сухо, по-деловому сказал:
- Больного на стол! Всем лишним покинуть операционную!
Операция проходила в при свете коптилки, без наркоза, единственным средством был самогон. К счастью, раненый был без сознания. Андрей выключил из головы все мысли, и до крови прикусив губу, принялся за работу. Настя, как всегда, молча, ассистировала ему.
- Он пока побудет у нас, - сказал Андрей Анюте после операции, устало присев на лавку и вытирая пот с лица. - Вторую ногу, надеюсь, спасем. Жить будет...
Потом, помолчав, добавил:
- Аня, я все сделал, что в моих силах...
- Спасибо, доктор, - усмехнулась она горько, - вот как жизнь устроена. Когда-то он обещал вам ноги переломать, а вы... спасли ему и ногу, и жизнь...
Аня ушла, а Андрей сидел, прислонившись спиной к стене, прикрыв глаза и вытянув ноги. На душе была пустота, звенящая и оглушающая.
- Ну вот и все, - прошептал он про себя, - прощай, Анюта, прощай, моя любовь...
Он почувствовал на своей руке чью-то руку. И, вздрогнув, с надеждой открыл глаза:
- Анюта?
На него сочувственно смотрела Настя. Она присела рядом и тоже закрыла глаза, прислонившись к стене и молчала, просто тихо и успокаивающе гладила его руку. Потому что иногда молчание дороже всяких слов...