Недавно заметила любопытную тенденцию. В поликлинике от врачей и старшего медперсонала встречаю исключительно доброжелательное отношение, но почти каждая сотрудница лифта, гардероба и швабры норовит нахамить. Меня и в роддом, кстати, не пускала уборщица. И только когда я заглянула из коридора в отделение в третий раз, повезло: навстречу вышел врач. Но стенами учреждений здравоохранения наблюдения не ограничиваются. Не забуду, как меня хватала за руку «тетка» (не могу сказать иначе) у турникета вокзала – я пыталась выйти со стороны платформ в город, предъявляя только что купленный билет на вход (опоздала на электричку). Я не прошу совета, как общаться с этими людьми, – зная себя, точно понимаю, что не смогу им воспользоваться. Но объясните, пожалуйста, почему чем ниже статус человека, тем c большей готовностью он хамит?
Ольга, 37 лет
Вы хорошо сказали – именно с большей готовностью. И этим сами же от-етили на свой вопрос. Он именно готов к такому поведению. Что определяет социальный статус человека? Его окружение. Кто-то из великих сказал: «Не пытайтесь сформировать у себя желаемые качества характера. Это бесполезно, у вас ничего не получится. Просто стремитесь найти себе окружение из людей, у которых желаемые качества уже присутствуют, и тогда у вас они появятся сами собой». Какое окружение имеет «сотрудница лифта, гардероба и швабры»? Представьте себе ее/его детство, подростковые контакты, настоящую семью, если таковая имеется… Задайтесь вопросом: на каких принципах строится общение в обществе, соответствующем ее социальному статусу? (Кстати, поймал себя на мысли, что могу спокойно писать на эту тему, не боясь невольно задеть или обидеть «сотрудницу швабры», – невероятно, чтобы она читала журнал, в который вы обращаетесь с вопросом.)
Вы понимаете – на принципах, которые предполагают наивысшую готовность к агрессии. Защитной агрессии. Агрессия вообще не бывает другой. Так же как либидо не бывает не сексуальным, голод – направленным не на пищу, а сон – имеющим отношение к бодрствованию. Всякая агрессия, особенно в мире животных, имеет защитный характер. Вглядитесь в кадры Animal Planet – тигр охотится на лань без всякой агрессии, агрессия у него проявляется тогда, когда другой тигр начинает претендовать на его добычу или территорию, то есть когда ему приходится защищаться. Собака скалится тогда, когда ей страшно, когда она чувствует себя слабее, когда ее «статус» не вселяет уверенности. Ребенок также учится агрессии у агрессивных родителей, усваивая ее как механизм защиты, так что агрессия замещает собой невыносимый для психики страх. В данном случае, перефразируя Фрейда («Анатомия – это судьба»), можно было бы сказать: социальность – это судьба.
А теперь самое главное – о том, почему именно это судьба. Вы произносите просто потрясающую фразу: «Я не прошу совета, как общаться с этими людьми, – зная себя, точно понимаю, что не смогу им воспользоваться». Именно по причине данной вашей неспособности для «сотрудницы швабры» описанная вами ситуация абсолютно фатальна. Вы, «зная себя, точно не сможете» обойтись без агрессии, даже ваш высокий статус не защитит вас от хамства. Вы вынуждены защищаться и решаете отвечать тем же. Что уж говорить о ней. Ее картина мира и, соответственно, та самая готовность к агрессии нисколько не дрогнет и даже еще более укрепится от встречи с человеком даже иного социального статуса – от встречи с вами. Вы определите ее готовность к агрессии. Она в очередной раз «убедится на собственном опыте», что без агрессии никак, ибо «таков мир и таковы люди» – и такова судьба.
Отвечал Игорь Юров, психолог-психоаналитик, кандидат медицинских наук, доцент кафедры психиатрии, наркологии и медицинской психологии Тверской государственной медицинской академии