Молва донесла, что Кевин Костнер в качестве режиссера принялся работать над очередным драматическим вестерном «Горизонт». До этого у него на счету были три собственные кинокартины: «Танцующий с волками», «Открытый простор» и «Почтальон».
Надо сказать, что почти все авторские проекты Костнера не для Америки, а потому среднестатистический янки принимает их очень озлобленно. Больше всего досталось «Почтальону» - фильму 1997 года, над которым мы сегодня будем размышлять.
Казалось бы, тема была выбрана беспроигрышная: социальная фантастика с элементами приключенческого боевика. США лежат в руинах, ибо катастрофы и прочие несчастия уничтожили цивилизацию. То есть постапокалипсис в чистом виде. И именно в этом мире живет главный герой - промышляющий представлениями странник, который не совсем по своей воле внезапно стал «почтальоном».
Почтальон в сумрачном кино – это особая фигура, ибо есть метафора смерти и злого рока («Почтальон всегда звонит дважды»). Вестник в мире, где нет хороших вестей, должен быть обречен, но становится символом надежды. И вот здесь Костнер (как режиссер) допустили просчет – он позволил себе плохо скрываемую иронию по поводу американских идеалов.
Не случайно, ленту не раз обвинили в приторности и джингоизме. Действительно, тема «новой надежды» была подана настолько навязчиво, что иногда мнилось, что некоторые персонажи при виде американского флага того гляди разрыдаются. Но в этом и есть элемент лукавой пародийности.
На самом деле фильм провоцирует рассуждения на тему социологии постапокалипсиса, образы которого могут быть связаны с категорически разными цивилизационными моделями. Чаще всего нам рисуют «новую первобытность», которая как мир без правил была своего рода потаенной мечтой «маленького человека» (вспоминаем сиквельные части «Безумного Макса»).
Кроме того человечество вообще могло сойти на нет («Планета обезьян») или создать некое подобие цивилизации через олигополии, красочно нарисованные, например, в «Земле мертвых» (2005). В этой связи откат в некое феодальное прошлое должен видеться не как нечто плохое, а как самое наименьшее из возможных социальных зол.
Собственно армия холнистов, которая была построена на «восьми принципах» выдуманного персонажа Натана Холна, является отражением феодального принципа: «вождь и дружина». И ведь эта структура - не просто так грабители. Сбор провизии и рекрутов в сложившихся условиях – это единственно возможный путь для подержания порядка на относительно обширных территориях.
В этой связи весьма интересно, что мечтой о возрождении США загорелись именно молодые персонажи, то есть те, которые не имеют не просто жизненного опыта, а не обладают докатастрофическими воспоминаниями. Это нечто сродни миссии Моисея, который водил 40 лет евреев по пустыни не по причине долгого пути, а дабы появилось поколение, не знавшее рабства.
То есть нам явлена в известной степени ироничная сказка, в которой тщетные мечтания якобы способны взять верх над реализмом. Хотя в условиях выживания «после катастрофы» «новый феодализм» - отнюдь не самое худшее политическое устройство. А по сравнению с рабством или бандами каннибалов, так и вовсе хорошее. И весьма показательна фраза генерала Бетлехема, мол, в прошлой жизни он был всего лишь клерком, влачащим бессмысленное существование.