Причины, побуждающие людей бежать марафон, могут быть разными. Кто-то хочет по гамбургскому счету проверить выносливость своего организма и силу воли, другим достаточно памятного магнитика, которым можно хвастаться перед друзьями и родственниками. А японец Сидзо Канакури просто хотел закончить то, что не доделал более полувека назад.
Канакури вырос в небольшом городке на острове Кюсю в семье, зарабатывавшей на жизнь производством саке – традиционного японского спиртного напитка. Способности к бегу проявились у него благодаря суровой необходимости – до школы было около шести километров, и будущий спортсмен ежедневно пробегал эту дистанцию в двух направлениях. Утверждается, что в дальнейшем он тренировался у настоящей легенды, коей по праву можно считать Кано Дзигоро – создателя дзюдо.
На Олимпийских играх 1912 года Сидзо Канакури был всего лишь одним из двух спортсменов, представлявших самую многолюдную часть света на планете – Азию. Самолеты в то время пассажиров ещё не перевозили, тем более на столь дальнее расстояние, поэтому марафонцу пришлось добираться из Японии в Швецию по земле и морю.
Путешествие заняло более двух недель. Сначала Канакури переправился на российский Дальний Восток, а затем по Транссибирской железной дороге отправился на запад. И если, например, у американских спортсменов, переплывавших Атлантический океан на корабле, была возможность хоть как-то разминаться и поддерживать себя в форме, японец мог делать это только на остановках.
Впрочем, настоящие неприятности поджидали Канакури уже в Швеции. Японец, непривычный к местной кухне, съел нечто такое, что очень не понравилось его желудку. Усугубила ситуацию жара, установившаяся во время соревнований. Наконец, та обувь, которую он привез с собой, совершенно не подходила для неровного гравия, покрывавшего большую часть трассы олимпийского марафона.
Все это привело к тому, что примерно на середине дистанции Канакури потерял сознание. «Эвакуирован» он был оттуда сердобольной шведской семьей, которая заботилась о нем до следующего утра. Очнувшись, представитель страны самураев испытал такой стыд, что, не уведомив организаторов соревнований, покинул Швецию. Те, в свою очередь, так и не сумев обнаружить следы японца, объявили его пропавшим без вести.
В дальнейшем Канакури смог взять себя в руки и, более того, принял участие в Олимпийских играх 1920 и 1924 годов. Однако неприятные воспоминания о том, что произошло в Швеции, не выходили у него из головы.
Счастливый для японца день настал спустя более полувека, в 1967 году. С ним, совсем уже стариком, связались представители скандинавской страны и предложили добежать дистанцию. Оказалось, что все это время история пропавшего марафонца была очень популярна в Швеции, став чем-то вроде городской легенды.
Семья, которая откачивала потерявшего сознание Канакури, находилась в центре внимания прессы, и конкретно в данном случае была бы очень счастлива вновь встретиться с ним.
Канакури принял приглашение, отправился в Швецию и в самой торжественной обстановке добежал дистанцию. Показанное им время составило 54 года, 8 месяцев, 6 дней, 5 часов, 32 минуты и 20.3 секунды. Когда он пересек финишную черту, диктор провозгласил буквально следующее: «Стокгольмские Олимпийские игры 1912 года на этом объявляются закрытыми».