Утром Нелька старается подольше не открывать глаза. Если правильно настроиться и загадать сильно-сильно, то откроешь их – а там лето. Или Венеция. Или бабушкина квартира в Новотроицке, и Нельке четыре, и она самый счастливый человек на свете и даже не знает об этом.
А в духовке румянится курник. Ещё немножко понежиться под одеялом – и бабушка позовёт чаёвничать, а потом разрешит гулять хоть весь день. Ну как разрешит... Нельке никогда не говорили «нельзя». Чаще – давай подумаем, как это возможно. Нелька зажмуривается крепче и изо всех сил думает, как можно попасть туда, где ей четыре, где бабушка жива и слово «счастье» ещё не существует, потому что нет ничего другого.
Глаза открываются в тридцать, в зиму и в будни, где Нелька не хочет идти в школу – может, потому, что ей достался самый буйный класс, а может, из-за того, что она всегда хотела рисовать, а не учить рисованию. Чего-то не хватает для волшебства. Наверное, есть секретный ингредиент, про который она забыла.
Нелька пробует снова. Теперь глаза открываются в ноябрь тридцати пяти. Никитка снова подхватил простуду, Борис в очередной командировке, а сама она всё так же не хочет в школу, но ей сегодня подменять чертёжника. Дождь ещё этот. Самой бы не заболеть. Вечером Нелька вспомнит, что был какой-то секретный ингредиент.
Опять промазала: апрель и выходной, но вчера от мужа пришло невнятное смс, а документы о разводе будут позже. Никитка просит новый комп, а мог бы уже сам заработать, как его ровесники-блогеры. Отличница из её класса на каникулах собирается с родителями в Венецию. Выскочки. Что нужно сделать, чтобы открыть глаза там, где хочешь?
Ещё одна попытка. Сын женился и улетел то ли в Москву, то ли на Марс. А мог бы свозить её в Венецию. Чёрт, как же не хочется в школу... Нинель Викторовна учитель года, дома над столом висит грамота. Она смотрит на неё и задумчиво выводит ручкой силуэт гондольера прямо поверх ученической работы. Интересно, где откроешь глаза, если ничего не загадывать?
Нелька просыпается в январь и пробует улыбнуться. Оказывается, она забыла, как это. На столе стопка рисунков шестого класса. Ой, испортила! Испортила работу Семёнова своим рисунком красной пастой. Или... Надо же, он рисовал зимнюю Неву, а посредине теперь гондольер торчит. Нелька смеётся. Семёнову понравится, он и сам не дурак совмещать несовместимое: то детектив под партой читает, то наденет под пиджак нелепую кричащую майку. Нелька представляет раздачу оценок: три, четыре, пять, а у тебя гондольер. Понимай как хочешь. Нелька хочет кофе и в школу, ей не терпится посмотреть, удалась ли шалость. Она вспомнила секретный ингредиент.
Перед сном Нелька думает: интересно, что за день будет завтра?