"В конце 80-х я была на практике в хирургии в небольшой больнице. В одно из более-менее спокойных ночных дежурств сидели с медсестрой, разговаривали. Она рассказала, что иногда в ночной тишине слышно, как в коридоре везут каталку. Обычную больничную каталку, с лязгающими железными колёсиками. И в эту ночь кто-то в отделении умирает".
Может, и вы слышали такие легенды, такие байки. Их любят рассказывать друг другу в подходящей обстановке. Пусть повторяются сюжеты - все мы прекрасно знаем, чем история закончится, почему-то интерес не ослабевает. Что же так притягивает наше внимание к страшным рассказам? Правда о том, как функционирует наша психика.
Ночное дежурство, больные спят, медсестры пьют чай и рассказывают мистические истории. А дело было так... Ночь. Пустой коридор. Слышно, как лязгают металлические колесики. Кто-то везет больничную каталку. Страшно, потому что думаем: "Едет жуткая каталка - значит, кто-то умрет". Но кто-то хочет умереть и в психическом поле чувствительных людей, что каждый день спасают жизни, раздается жуткий скрип.
Мы видим палаты и стулья, тумбочки и капельницы. Больные кажутся такими же людьми-вещами, только поломанными. Но за каждым человеком есть система его отношений с родом, Богом, жизнью и смертью. Глубокие и мощно влияющие на его тело, его судьбу психоэмоциональные процессы. Среди ночной тиши, в одиночестве и боли души и тела человек может именно об этом мечтать - желать приезда каталки.
Не всем дано улавливать эти волны чужих намерений. Страшные звуки, темные силуэты, странные предчувствия бывают у людей особо сенситивных, которые бессознательно считывают состояние пациентов. Профессия, опыт позволяют понимать такие вещи. Глубинное знание в ночной тишине звучит скрипом каталки. Вот и мистика. Остальные только слушают, затаив дыхание такие истории, но сами никогда ни с чем мистическим не сталкиваются.
"Ни разу не нашлось желающих выйти из сестринской и посмотреть, кто её толкает по коридору. К счастью, в те ночи, на которые выпадали мои дежурства, каталку слышно не было. Я сама не свидетель. Да, кто-то умирал, конечно, но я с мистикой это не связываю".