Иногда, не хочется ничего говорить. А хочется взглянуть на мир непредвзято. Не под углом: «Ну, что ты, сволочь, мне ещё приготовил?!.» А нежно, почти с умилением. Потому что некоторые элементы и фрагменты — «Ей, Богу!» — хороши. И нет желания вычленять их в отдельную «корзину» — пусть болтаются все вместе. Авось, благоприятно повоздействуют, повлияют..
Иногда, не хочется ничего говорить. А хочется взглянуть на мир непредвзято. Не под углом: «Ну, что ты, сволочь, мне ещё приготовил?!.» А нежно, почти с умилением.
Потому что некоторые элементы и фрагменты — «Ей, Богу!» — хороши. И нет желания вычленять их в отдельную «корзину» — пусть болтаются все вместе. Авось, благоприятно повоздействуют, повлияют..
