На этой табличке – мой дед. Кириченко Мина Емельянович. Он погиб в январе 1945 года при штурме Кёнигсберга. Но его жена, моя бабушка Агафья, а я её помню как бабу Аганю, так никогда и не узнала, где и как он погиб. Всю свою жизнь она прожила не вдовой солдата, а как...
В общем, не считали тогда солдатскими вдовами тех, кто без вести пропал на войне.
И не было им никакой помощи от государства: а вдруг он предатель! Так и прожила она эти свои шесть с небольшим десятков лет с этим «вдруг».
Одна воспитывала пятерых детей – четырёх сыновей, среди которых был мой отец и единственную дочь. Их уже тоже никого нет в живых. Военное детство оставляет мало шансов на здоровье и долголетие.
А нашли моего деда красные следопыты в конце семидесятых. В братской могиле под Кёнигсбергом. Бои там были страшные и кровопролитные. Видимо и списки погибших поэтому особо некому было составлять...
Кому-то было тогда и позже не до списков.
Не до поименной памяти.
Не до судьбы одного солдата.
Не до его вдовы и его пятерых детей, которым после войны больше трёх десятков лет пришлось жить не в почёте за ратный подвиг отца и мужа, а с постоянным подлым шепотком за спиной.
Сколько их было таких семей!
Стоит ли повторять?
#дед #война #вдова #победа #весна