Двадцать пятый клинок нервно сглотнул, глядя на двор крепости из окна высокой башни. Человек в одиночку устроил побоище достойное первых рангов Пути Меча. Дождь смывает красные лужи в желоба водоотвода, сейчас похожие на распухшие вены. Войско лоялистов встало под стенами, а несколько отрядов поднимаются на стены. То ли искать выживших, то ли расчищать место для осадных орудий, если у них вообще есть такие.
Бессмертный мотнул головой. Бред. Крепость под защитой могучих магов, любое стенобитное орудие бесполезно. Осада будет продолжаться очень долго. Даже если врагам удастся проникнуть внутрь, барон и большой отряд успеют скрыться тайным ходом.
Человек направился к воротам замка, и эльф криво ухмыльнулся. Даже если ему удалось взобраться по отвесной скале, то по стене уже не выйдет. Из бойницы легко ткнут копьём и никакое мастерство фехтования не поможет. И всё-таки... этот парень жуткий. Настолько, что подобный ужас ощущал только в столице, когда встретился с Морлэном.
Первый клинок, величайший мечник прошедший Путь Меча до конца, источал опасность как миазмы. Каждое движение будто смертельный удар, а взгляд холодный и оценивающий, будто он прикидывает, как разрубить тебя. Похожий взгляд двадцать пятый видел в далёком детстве, тысячи лет назад, у орка забивщика на скотобойне. Зелёный смотрел так на молодых бычков, которых по одному заводили в стойло, а сам поигрывал огромным молотом...
Человек встал у ворот, постучал по стальной решётке, коснулся двери. Доски толщиной со взрослого дворфа, плотные, из морёного дуба. Такие никакой таран не возьмёт, даже пламя бессильно! А решётка вообще стоит, как маленький замок. Её ковали дворфы из стали секретной закалки, что не ржавеет и крепче обычного сплава в тысячи раз.
Меч с крылатой корзинчатой гардой сверкнул в тусклом свете трижды. Эльф сморщился, ожидая омерзительный лязг, но никакого звука не последовало. Будто человек промахнулся, но это невозможно с такого расстояния! Прутья осыпались, образуя прямоугольник, а кусок двери грохнулся под ноги «гостя».
— К-как?! — Выдохнул бессмертный, вцепляясь в подоконник и едва не вывалившись из окна, отдёрнулся, заметив, что человек оборачивается в его сторону.
Запнулся о ковёр и грохнулся на спину.
— Как?!
*****
Орландо тряхнул кистью, кости и мышцы ноют от перенапряжения и развитой за мгновенье скорости. Клинок скьявоны шипит под дождём, кромка побелела. Нос щекочут ароматы обожжённого дерева и перегретого металла.
Из прорубленного прохода тянет теплом и ужасом. За спиной кто-то охнул, Орландо обернулся на башню, возвышающуюся над углом замка, показалось, что в окне кто-то мелькнул. Пожал плечами и вошёл внутрь.
*****
Барон заперся в главном зале, съёжился в кресле, глядя на забаррикадированную дверь и невольно вслушиваясь в вопли. Коридоры замка полнятся лязгом металла и истошными криками, будто на штурм пошла вся имперская армия!
В зале помимо барона два десятка отборных солдат в лучших доспехах и мечами, не уступающими оружию бессмертных. Пятеро магов с посохами из красного дерева и бессмертный, тридцать первый клинок. Мечник сидит на ступенях и меланхолично полирует меч вощёной тряпочкой, вглядывается в отражение.
Маги шепчут заклинания, мерно постукивают посохами. Воздух вокруг них едва заметно рябит, будто сминаясь монотонными голосами.
— Где двадцать пятый? — Рыкнул барон.
— Должно быть, веселится снаружи. — Ответил тридцать первый, пожимая плечами и не прекращая обработку лезвия. — Его башня далеко, вам повезло, что хотя бы я был поблизости.
— Повезло?! — Рявкнул барон. — Да я вам плачу такие деньги, что маленькую армию можно снарядить!
— Правда? — Притворно вздохнул мечник. — А я думал вам нравится наблюдать за нашими тренировками... вы ведь в курсе, что за шанс наблюдать их столичный богачи платят немало.
— Тебе смешно?! Там вырезают гарнизон замка, как овец!
—Нисколько. — Ответил бессмертный, едва сдерживая улыбку. — Мне прискорбно, что вы тратили деньги на этот сброд. Раз они не могут сдержать врага в таких узких коридорах.
Один из магов вскрикнул и повалился на колени, опираясь о посох и глядя перед собой пустыми глазами. Губы дёргаются, выплёвывая обрывки слов и заклинаний, в уголках запузыривается жёлтая пена.
— Что с ним?! — Взвизгнул барон, забыв про бессмертного.
— Не знаем! — Ответил бледнеющий маг, стоящий ближе остальных к владыке замка. — Он пытался смять разум врагов, чтобы они бросились друг на друга... но что-то не так.
— Порождение тьмы... убийца богов! — Выкрикнул маг, забулькал, выплёвывая клочья пены и завалился набок, дёргая ногами, как спящий пёс.
Бессмертный оскалился, поднялся, держа меч в опущенной руке. Вопли снаружи приблизились к двери зала, и... всё стихло. Последний вскрик оборвался на пике.