Все главы выложены тут : "Мама, когда я умру"
Давид просидел в темной комнате несколько часов. Он точно знал, что видел на экране свои похороны. Спустя какое-то время он сказал себе:
— Тут есть объяснение. Самое легкое — это поддаться панике. Но настоящий мужчина должен уметь держать себя в руках в непонятной ситуации. Сидеть тут, схватившись руками за голову от того, что произошло что-то непонятное, смог бы любой ребенок. Встань и реши эту головоломку!
Итак, первое, что он должен был сделать — это позвонить матери.
Он вспомнил все события этого вечера: письмо об отце и странное поведение людей в магазине были как-то связаны между собой. Теперь надо распутать этот клубок.
Мать не подняла трубку, ни на первый звонок, ни на десятый. Следующий шаг напрашивался сам собой — нужно срочно ехать в Ливингсдэйл, место, где он родился. Все ответы он найдет там. Давид быстро собрался и вышел. Он купил билет на автобус и устроился в своем кресле. Ехать надо было несколько часов.
Дорога может обладать удивительным эффектом. Тревоги, терзавшие душу Давида, стали потихоньку исчезать, когда они выехали на трассу. Причудливые деревья, характерные для той местности, напоминали ему о великой красоте природы. Они были тут за много лет до его рождения и будут после его смерти. Сам Ливингсдэйл не отличался особой красотой. Но в нем был особый шарм той мрачности, которые часто воспевают поэты. Деревня эта была воплощением грусти и тайны. Давид ненавидел все это. Он любил шум и яркость, и не терпел темные тона его родины.
Подъезжая все ближе к месту, которое он покинул еще в юности, он стал чувствовать, как волнение и тревога возвращаются в его душу с еще большей силой, чем раньше. Словно ему была дана небольшая передышка в пути, чтобы испытать истинные потрясения в точке назначения.
— Приехали, — устало буркнул водитель.
Это был последний пункт на их маршруте. Давид был единственным пассажиром в автобусе. Сюда не ездил почти никто.
Путник торопливо вышел. Казалось, время никак не повлияло на здешние земли. Тропинки, небольшие домики и магазинчики были такими же, как он их помнил. Это еще больше встревожило его. Он надеялся, что за все эти годы Ливингсдэйл изменился. Это бы помогло ему меньше цепляться за прошлое, когда он будет проходить по той или иной улице.
Но нет — вот скамейка, где они сидели с отцом; вот дерево, под которым они часто говорили с дедушкой. Вот кладбище...
У Давида перехватило дух. Он быстрым шагом пошел туда, надеясь встретить хоть одно знакомое лицо, и сказать им, что он жив. Он почему-то решил, что мама будет сидеть у его могилы, и он непременно встретит ее. Давид подбежал к месту, где были похоронены его отец и дед. Как это принято, они были погребены рядом друг с другом. Он был уверен, что там он найдет и свою могильную плиту. Как только Давид убедился, что его могилы на кладбище нет, он вычеркнул главное предположение из своего списка.
Оно заключалось в том, в деревне могли спутать чей-то труп с его телом, и таким образом произошли ошибочные похороны.
«Итак, этот дьявольский ящик вчера показывал мне не то, что произошло, — думал Давид. — Тогда что? Будущее? Неизвестно. Делать выводы еще рано. То, что я не нашел своей могилы, еще ничего не доказывает. Я должен убедиться, что никто в этой сумасшедшей деревушке не считает меня мертвым. Для этого надо увидеть мать».
От кладбища до их дома было недалеко. Но путь показался Давиду очень долгим.
Было раннее утро, на улицах не было ни души. Ему постоянно казалось, что он слышит за собой чьи-то шаги. Он оборачивался и будто видел какие-то тени.
«Тандем воображения с моей усталостью играет с моими страхами», — объяснял он себе происходящее.
Дедушка говорил ему в детстве, что минуты перед восходом — это время, когда злые духи бродят по улицам. И тем их больше, чем пустыннее эти улицы. Давида словно кто-то окликал. Ему слышался чей-то смех. Иногда он явно чувствовал за своей спиной присутствие чего-то страшного. Холодный пот выступал на его лбу.
Он не сразу решался обернуться. Все, что казалось ему детскими сказками, когда он повзрослел и уехал в большой город, теперь вновь стало обретать свою мистическую силу. Даже туман, неизменный спутник этих мест, казался ему пугающим союзником всего того зла, что таил в себе загадочный Ливингсдэйл.
Но вот он уже видит знакомый домик матери. Давид побежал к двери в надежде, что за ней его встретят криками радости...
Нравятся такие истории? Покупайте мои книги. Обещаю вам понравится