Поездку в Москву ждали все, и Нина очень ждала. Профсоюз и партком завода давно обещали экскурсию. На каждом собрании лились лозунги о том, что наша партия делает всё для благосостояния народа и мечтает, чтобы каждый мог прикоснуться к её истории и святыням. Каждый может и должен побывать на Красной площади, в Мавзолее, посетить места боевой славы, Третьяковку и прочее.
Народ на собраниях внимал, аплодировал и, не преуменьшая значения экскурсионных дел, откладывал деньги, настолько, насколько это можно было сделать со 130-рублевой зарплаты.
Несмотря на то, что оплату гостиницы и экскурсии соблаговолил частично покрыть профсоюз и дирекция завода, люди занимали деньги у родственников, брали в долг у соседей. А вместе с долгами брали и заказы, они уже не умещались в головах, поэтому их списки множились в блокнотах и тетрадках.
Дефицит в Советском Союзе был всегда. Но вопрос состоял лишь в степени недоступности товаров.
Москва снабжалась лучше большинства населенных пунктов, за покупками в столицу тянулись целые составы из провинции. И знаменитая шуточная загадка того периода "длинное, зеленое, пахнет колбасой" обозначала как раз поезд из Москвы.
Список был и у Нины. Заказов было много. Но самое главное, что хотелось – это купить дочке кроссовки.
Дочь – подросток мечтала о них, завидовала подружкам и ждала этой поездки больше матери. Казалось, кроссовки - это решение всех неразрешимых подростковых проблем.
И вот вокзал. В Москву провожала вся Нинина родня. И тут, в суете, ещё продолжалось "сование денег" и расширение списка заказов. О том, как всё тащить, никто даже не задумывался. Главное, купить, а уж дотащить-то - дотащим, было бы что.
Все так устали от вечного дефицита!
Выехали вечером. В поезде было весело. Никто не собирался спать. А если бы и собрался, то не смог бы уснуть из-за всеобщего гула и гомона. Столы были завалены снедью, усердно собранной многочисленной родней, в вагоне пахло квашеной капустой и вяленой рыбой.
Лишь под утро начали успокаиваться, но в шесть поезд уже прибывал в столицу.
Народ разместился в гостинице, а потом отправился на Красную площадь и в другие, менее значительные, но не менее важные места. После обеда экскурсионный интерес практически угас. Все устали.
А ещё все держали в голове такую важную цель приезда - посещение ГУМа. Она не давала покоя. Всего один раз за день им удалось заглянуть в небольшой обувной магазин. Но выбор там был невелик. Все купили себе калоши. Не такие, как у них в провинции продают, а особые: мягкие, принимающие форму валенка или даже сапога. Нина и ещё несколько женщин купили себе домашние тапки, потому что ноги гудели от туфель и от неимоверно долгого хождения.
Им обещали, что в Гум, и в другие магазины они отправятся завтра после обеда.
И вот этот момент настал. Народ вывалил из экскурсионного автобуса, шепча списки покупок и рванув к нужным полкам. Они выстояли очереди в гастрономе, занимая на всех и каждого и раздражая тем самым коренных москвичей.
Затем направились в ГУМ, но ... Тут их ждало разочарование - изобилия не было.
Нина растерянно рассматривала обувные полки, ища кроссовки для дочки ... Увы. Многие начали хватать ненужное: десяток кожаных перчаток, складные зонтики, мужские трусы ... Стояли в очередях, не зная – зачем стоят.
Смелые женщины-коллеги Нины стали спрашивать у персонала магазина о товарах. Но те только разводили руками, иногда хамили.
И тут ... в заметную толпу провинциальных гостей вошла полная и солидная дама в спецодежде работника магазина.
- Девочки, а вы откуда? А что хотели? Вы что не знали, что на полки всё не выкладывается? - почти шептала она, - Удивительно, все же знают. Вы что ничего не слышали о 200-й секции? Нет, конечно, в Гуме всё есть, но ...
Женщины окружили её, и тихо, но от души жаловались - говорили, что очень надеялись на покупки здесь.
- Ох, - растрогалась продавщица, - ну ладно. Вы так мне понравились! Помогу. Давайте списки, объясняйте размеры, а я узнаю, что могу.
Женщины, да и мужчины тоже, оживились, начали писать общий длинный список. Это заняло немало времени, но продавщица не торопила. Затем она взяла список и исчезла за дверями и коридорами магазина, велела ждать. Вернулась минут через 20.
- Вот смотрите! Это есть, и это есть, это тоже, а это другого размера, а этого нет пока, но можно заменить этим ...
Она быстро объяснила, что можно приобрести и обьявила цены.
- Тихо вы! Давайте отойдем туда, а то, если увидят – меня уволят.
Она повела всех в небольшой глухой коридор с дверью в нужный кабинет-склад, там взяла у всех деньги и велела ждать - "товар надо отобрать, а это – время".
Нина отдала весь кошелёк, потому что там как раз и было денег на все заказы. Но главное: кроссовки на складе есть! Именно дочкиного размера. Это грело душу. О том, что в кошельке ещё лежат золотые часы- кулон, она забыла.
Усталые от двухдневных экскурсий и сегодняшнего мотания по магазинам провинциалы, стояли в полутёмном коридоре практически молча. Осталось забрать товар, а потом в гостиницу и на поезд. Вечером отбывали.
Но продавщицы всё не было. Они успокаивали друг друга, оправдывая продавщицу длинным списком, но всё же одна из них постучала и заглянула в кабинет: дверь вела на лестницу, уходящую вниз, спустились - лестница вывела их на улицу ...
Описать чувства осознания того, что произошло, практически невозможно. Сейчас сказали бы, что это шок. Но тогда к жалости от потери денег, от обманутости, припеклось ещё жуткое чувство стыда. Было так стыдно! Так стыдно, что даже не хотелось эту тему обсуждать на обратном пути и вспоминать потом.
Они не обратились в милицию, не рассказали московскому сопровождающему. Было как-то стыдно. Последние силы у всех ушли на загрузку в поезд тяжеленных сумок с продуктами, которые приобрести, слава Богу, удалось.
Нина осталась без денег, кроссовок, без золотого кулона, без заказов родне, да ещё и с долгами. Впрочем, как и остальные.
Рассказала правду она только мужу. Тот поворчал, конечно, но и пожалел, и помогал отдавать долги после.
А дочка отсутствие кроссовок перенесла спокойно, радовалась апельсинам. Вскоре, по большому блату, Нина кроссовки всё же ей купила в своём родном городке.
А Москва стала представляться каким-то гангстерским городом. И только через несколько лет Нина перестала обижаться на Москву.
Что на нее обижаться? Плохие люди везде есть. Но хороших ведь больше!
Спасибо, что читаете мои истории. Эта основана на реальном событии из жизни моей мамы. Я даже имя не меняла) Надеюсь, история вам понравилась. Методы меняются, а "плохие люди" и поныне есть ... Будьте внимательны и осторожны)
И читайте ещё художественные рассказы на моем канале: