Александр Семениченко
Вторая половина 70-х годов. Сверху поступило указание – полеты на вертолетах Ми-4 без бортмехаников запретить, все экипажи укомплектовать бортмеханиками. Указание сверху это хорошо, но как это реализовать внизу? Это проблема тех, кто внизу. Как говорится, проблемы индейцев шерифа не …(беспокоят). В нашем авиапредприятии на переучивание направили максимальное количество специалистов из своей АТБ. Кто-то перевелся из других предприятий. В этой компании оказались два уже готовых бортмеханика с действующими свидетельствами, с налетом, в пределах трех-четырех тысяч часов. Один из них летал на Ан-24, другой на Ту-134. Их появление в группе переучивающихся у многих вызвало удивление. Ан-24 и Ми-4. Ту-134 и Ми-4. Это же несопоставимо. Как? Почему? Может склонность к «вредной привычке?» Может оказались неугодными командованию летного отряда? Может «залетчики?» Вопросов было много, так же, как и версий.
Отношение к «ветеранам» в учебной группе первое время было несколько настороженным. Но после разговоров в курилке и первого коллективного злоупотребления, по случаю начала учебы, все стало по своим местам.
Конечно, летать на больших самолетах это довольно престижно. Большая авиация, большие самолеты, большие расстояния, большие масштабы. Опять же красивые стюардессы в полете подают экипажам кофе. Все это действительно так, но это одна сторона медали, видимая со стороны. А другая сторона, видимая только изнутри, выглядит не так привлекательно. Об этом и рассказали «ветераны». Месячная саннорма 80 часов, а в летние месяцы с продлением доходит до 100 часов. График работы очень ненормированный. Конечно, командование эскадрильи старается соблюсти народную мудрость про сытых волков и целых овец, но это не всегда удается. Рабочий день может начаться в семь часов утра, или в пять часов вечера. А может и в два часа ночи. И, соответственно, закончится в самое неудобное время. Кого-то такой режим работы вполне устраивает, к нему привыкают, а кто-то через пять-семь лет просто физически устает. Определенную роль играют и семейные обстоятельства.
На вертолетах, в частности на Ми-4, в средней полосе России, режим работы экипажей тогда был стабильным. Работали только в светлое время суток. Допуск к полетам ночью экипажи имели, но ночные полеты выполнялись крайне редко, только в случаях крайней необходимости, прихватывали 10-20 минут после захода солнца. Основная работа выполнялась на ОТ, при хорошем раскладе за полмесяца экипаж вылетывал саннорму (70 часов) и вторую половину месяца на базе его особо не напрягали. Кроме того, из базового аэропорта выполнялось патрулирование нескольких трубопроводов, это, как правило, для экипажа четыре-шесть часов налета за день. Но, бывало, по-всякому. Помню один декабрь, когда мы за месяц не налетали ни одного часа, подвела погода.
Конечно, Ми-4 — это не «Антон» или «Туполь», не те скорости, не высоты, не те объемы и масштабы. Но в каждой работе есть свои плюсы и свои минусы.
Предыдущая часть:
Продолжение: