«Профессор Иеринг завещал нам бороться. »
или "как Новосибирский областной суд привлек Россию к ответу за неэффективное расследование уголовного дела ребенка и нарушения принципов международного права, взыскал в пользу ребенка-жертвы преступления компенсацию за нарушение Россией его прав человека"
(1) Материал по мотиву конкретного судебного прецедента в Новосибирской области в 2020 году.
(2) Имена стороны жертвы изменены автором из соображений конфиденциальности.
(3) Материал призван раскрыть перед публикой один из прецедентов подержания и защиты Новосибирским областным судом ( судья Разуваева А.Л.) высоких стандартов международного права и принципов защиты прав человека перед государством.
---------------------------
«В борьбе обретешь ты право свое». (с) Профессор Рудольф фон Иеренг, в работе «Борьба за право» (1874 г.)
ВСТУПЛЕНИЕ К СТАТЬЕ
Все чаще звучать лозунги о бессмыслии защиты своих прав в российской судебной системе, как и о бессмыслии принципов международного права в нашей обыденности.
Нахожу нужным, под лозунгом профессора Иеренга, рассказать об отдельном, но не единственном современном прецеденте в Новосибирской области защиты Новосибирским областным судом прав человека.
Речь пойдет об одном из неординарных и нелегких дел по иску ребенка - жертвы преступления против Российской Федерации (от которой против ребенка выступила целая система государственных органов – МВД,СК, Минфин и все их местные подразделения).
Суд области, призывая государство к ответу, за ненадлежащее расследование преступления, совершенного против ребенка, применил высокие стандарты международного права в области защиты прав человека и взыскал с государства компенсацию.
Новосибирский областной суд привлекая Российскую Федерацию к ответственности применил:
1) 8-й принцип Декларации прав ребенка (принятой 20.11.1959 г. резолюцией 1386 (XIV) на 841 пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН), а также его совместную интерпретации с самой всеобщей преамбулой международной Декларации ООН;
2) § 1 ст. 6 Конвенции прав человека и основных свобод ( от 04.11.1950 г., г. Рим), в её интерпретации с правовыми позициями Европейского суда по правам человека (г. Страсбург) по делам против Российской Федерации
обязательными для России в последующих делах в силу ст. 31 Венской конвенции о праве международного договора
Этот случай насыщен обстоятельствами и событиями 6-ти летнего противостояния людей против государства, но все события и стадии этого противостояния нужны, что бы показать как важно не опускать руки и продолжать бороться за свои права, до конца.
И так, начнем ..
РАЗДЕЛ № 1
События совершения преступление против ребенка _
Супруги Анастасия, Сергей и их сын малолетний сын Данил (11 лет) проживали в небольшом селе Новосибирской области, примерно 250 км. от областного центра.
В ноябре 2015 г. (ночью, в 02.00 час.) ребенок – малолетний Данил поступил в центральную районную больницу в остром болезненном состоянии (как выяснилось далее некроз).
Ребенок жаловался врачу, что у него сильно болит и указывал на область тела. Однако «врач» («хирург») не пожелал проводить полный наружный визуальный осмотр всей области тела на которую указывал «врачу» ребенок.
«Врач» абстрактно и совершено формально, предположив, что у ребенка «аппендицит», а может «колики» и на этом закончил. Ввиду указанного абстрактного предположения «врач» не стал осматривать ребенка полностью, и просто оставил ребенка в больнице ( по мотиву: «пусть лежит»).
Если бы «врач» сразу исполнил свою профессиональную обязанность, то увидел бы (визуально заметные для врача) изменения и уже заметные внешние проявления у ребенка, что спасло бы орган ребенка от ампутации [установлено в последующем судебными актами].
На протяжении всего времени нахождения ребенка в медицинском учреждении, с момента первичного поступления с 02.00 часов 07.11.2015 года до 14.05 часов 08.11.2015 года ребенок на протяжении 26.5 часов испытывал сильные боли и мучения, жаловался, однако «врач» так не соизволил полностью осмотреть ребенка и принять меры по требуемой предметной медицинской помощи.
Затем, такой «врач» попросту оставил ребенка и уехал в областной центр (расстояние 250 км.) по своим делам (на учебу), при этом в больнице в открытую делал реплики по мотиву:
мне все ровно, у меня сейчас учеба
«Врач» уехал оставив ребенка с мучительными болями и отмирающими органами без врачебной помощи.
Между тем, некроз осложнялся, а ребенку становилось значительно хуже, родители ребенка стали бить тревогу и уже откровенно скандалить в больнице.
Только после 14.00 час. 08.11.2015 года, (т.е. через 26-27 часов нахождения ребенка в больнице и его жалоб на сильные боли) был проведен нормальный полный осмотр места боли и обнаружено, что орган ребенка уже требуется срочно ампутировать, дабы избежать риска для жизни.
Из соседнего населенного пункта в срочном порядке был вызнан другой врач хирург. Через 10 часов ребенку срочно был ампутирован орган, угроза жизни ребенка наконец миновала.
Таким образом, только через 36 часов после поступления ребенка в районную больницу и его нахождения все это время в болезненном и мучительном состоянии, ребенку наконец была оказана предметная медицинская помощь, но уже принципиально крайнего характера: ампутация органа ребенка.
[ изложенные факты в последующем установлены судом в рамках уголовного дела ]
РАЗДЕЛ № 2 _
Стадия ведомственных проверок и Суд по иску о моральном вреде ребенка
Незамедлительно, разъяренная подобной халатностью мать ребенка по данному факту обратилась с жалобами в Минздрав России, Минздрав Новосибирской области, Уполномоченному по правам ребенка в России, Уполномоченному по правам ребенка в Новосибирской области. Мать ребенка требовала проведения проверки на предмет нарушения требований и стандартов оказания медицинской помощи.
Проведен ряд длительных ведомственных проверок, установлены нарушения стандартов оказания медицинской помощи, конкретные виновные лица и главный виновник – «врач» (которому по результату проверок просто объявили дисциплинарное взыскание).
Тем не менее представители государства не инициировали в правоохранительных органах проверку на предмет признаков преступления в действиях такого "врача".
В августе 2016 г. мать ребенка на базе результатов проверок обратилась в Суд района с иском к больнице и требовала компенсировать ребенку моральный вред вызванный некачественно оказанной медицинской помощью.
Суд возбудил дело и назначил судебную экспертизу. Заключение судебной экспертизы констатировало целый ряд нарушений стандартов оказания медицинской помощи!
В частности указано на нарушения в части первичного осмотра ребенка (если это вообще можно было назвать «осмотром»), с указанием на главного виновника такого события – «врача-хирурга».
После поступления результатов экспертизы, суд возобновил судебное разбирательство и вызвал стороны в судебное заседание, спустя 20 дней (в декабре 2016 г.). В назначенном судебном заседании суд принял сразу мотивированное решение: взыскать в пользу ребенка компенсацию морального вреда в порядке 300 000 руб., прописав в своем судебном акте все выявленные экспертами нарушения.
Однако родители ребенка жертвы никак не могли смерится, со столь мягким наказанием «врача» (дисциплинарное взыскание), который так безответственно и безразлично отнесся к вопросу угрозы жизни их ребенка, не могли смерится с тем, что представители государства не инициировали уголовное преследование такой особи называемой «врачом».
Горе «врач» (хирург), надо отметить, являлся заведующим местного хирургического отделения, работая и проживая в небольшом населенном пункте он был знаком с местными руководителя «правоохранителей».
В таких условиях родители ребенка объективно понимали что в уголовном преследовании у них могут возникнуть сложности.
Многим хорошо известно, что выдвинуть обвинения в так называемом «медицинском преступлении» для рядовых граждан дело отнюдь, непростое.
Вместе с заявлением желательно сразу иметь ряд конкретных обосновывающих материалов. Вопрос касался качества оказания медицинских услуг, потому изначально объективно невозможно было матери ребенка сразу знать и начинать утверждать о степени дефектности медицинских помощи применительно к последствиям потери ребенком органа, а также о наличии в таком событии конкретно, что именно было нарушено по стандартам медицинской помощи. Однако, мать ребенка получив и изучив заключение судебной медицинской экспертизы и мотивированного решения суда, приняв во внимание установленную значительную совокупность профессиональных нарушения и их характер со стороны «врача», поняла, что она получила необходимый объем материалов, что бы обвинить такого «врача» и начать его уголовное преследование ].
РАЗДЕЛ № 3
– Стадия длительной и безуспешной борьбы матери ребенка в правоохранительных органах.
В конце декабре 2016 года (сразу на следующий день после решения суда) мать ребенка приложив правоохранителям материалы ведомственных проверок, заключения судебной экспертизы, решение суда, обратилась в территориальное подразделение Следственного комитета с заявлением о том, что конкретный «врач» совершил преступление в отношении её ребенка, и просила его уголовного преследования государством.
Руководитель следственного районного управления дал резолюцию произвести регистрацию заявления по ч. 1 ст.293 УК РФ (халатность). А уже в ноябре 2017 года следователь районного управления отказался рассматривать заявление Анастасии и вынес постановление о передаче заявления по подведомственности в отдел дознания (отдел полиции).
Заявительница подала на постановления следователя жалобы начальству районного следственного отдела и районному прокурору, просила возбудить уголовное дело в органах следственного комитета и не передавать её заявление в местную полицию. В феврале 2017 года заместитель и начальник районного следственного управления ей отказали. В марте 2017 года зам. районного прокурора также ей отказал.
В полиции зарегистрировали заявление Анастасии по ч.2 ст. 118 УК РФ «Причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности». 10 февраля 2017 года дознаватель вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, и закрыл производство.
Неутомимая мать подала жалобу в районную Прокуратуру на такое постановление. 24 марта 2017 года зам.районного прокурора отказал в удовлетворении её жалобы. Затем, Анастасия подала жалобу в Прокуратуру области, которая перенаправила её жалобу прокурору района.
В мае 2017 года прокурор района также отказал Анастасии. Между тем, как подчеркнул прокурор, поскольку прокуратура уже «успела» отменить постановление по ходатайству полиции, то жалоба Анастасии на такое уже отмененное постановление не подлежит удовлетворению.
Полиция вновь мгновенно отказала в возбуждении уголовного дела уже после прокурорской отмены (усматривается согласованность действий прокуратуры и полиции, создании чрезмерного формализма) .
Анастасия постоянно ходила на прием в полицию и прокуратуру, постановления полиции формально отменялись, а затем вновь полиция отказывала в возбуждении уголовного дела. В конце-концов на приеме местные руководители «правоохранителей» негласно уже начали заявлять Анастасии: «можешь писать куда хочешь, но преследовать и привлекать к уголовной ответственности своего местного и знакомого врача, не будем».
Поведением правоохранительных органов (прокуратуры, следствия, полиции) сторона потерпевшего ребенка была доведена до состояния "правовой обреченности".
Подавая постоянные жалобы родители ребенка (жертвы преступления) видели, что все просьбы о наказании преступника бессмысленны, поскольку местные правовые органы укрывают его. Родители просили восстановить справедливость и наказать врача-преступника, который так безответственно отнесся к их 11-летнему ребенку, заставив его 36 часов находиться в болях и муках, и по вине которого ему в результате пришлось ампутировать внутренний орган.
НА ПРОТЯЖЕНИИ 8 - МИ МЕСЯЦЕВ сторону потерпевшего ребенка держали в состояние "правовой беспомощности и правовой обреченности".
Собственное государство ( в лице прокуратуры и полиции) своими действиями показывало, что не имеет никакой озабоченности и интереса к преступным действиям горе-врача.
Тогда заявительница вынуждена была защищаться более неординарными способами:
- Осветить произвол, который происходит в деле через средства массовой информации. СМИ выпустили несколько статей и репортажей о преступлении местного государственного врача и о его покровительстве местной прокуратурой и полицией.
- Затем, заявительница обратилась на горячую линию Следственного комитета России (г. Москва) в рамках программы "ребенок в опасности" посредством которой жаловалось на происходящий произвол. Следственный комитет России (Москва) ответил Анастасии, что они взяли на контроль данный случай не возбуждения уголовного дела местными «правоохранителями»
Только после выхода ситуации на Федеральный уровень...
РАЗДЕЛ № 4 _
Стадия возбуждения уголовного дела и намеренная волокита следствия –
1 августа 2017 года и.о. районного прокурора отменил последнее постановление полиции об отказе в возбуждении уголовного дела и направил материалы в районный следственный отдел.
Любопытно отметить, что это тот прокурор который ранее будучи в должности зам.прокурора отказывал Анастасии в ее жалобах на подведомственность её заявления районному следственному управлению ( а не местной полиции), а теперь после подключения к данной ситуации СК РФ (Москва) такой прокурор по сути моментально исполнил её изначальное требование .
10 августа 2017 года районное следственное управление возбудило уголовное дело против «врача» по факту совершения преступления в отношении ребенка.
Т.е., с момента подачи заявления о преступлении ( 22.12.2016) и до возбуждения дела (10.08.2017) прошло 8 месяцев, которые заявительница боролась с неуважением к ее ребенку и добивалась восстановления справедливости.
Однако на этом укрывательство врача местными правоохранительными органами не закончилось!
Местное следственное управление квалифицировало деяние врача как преступление небольшой тяжести ( по ч. 1 ст. 238 УК РФ - "Выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности") срок давности по которому 2 года (ст. 78 УК РФ).
При этом с момента возбуждения уголовного дела у следствия было еще достаточно срока для привлечения преступника к уголовной ответственности по делу о нетяжком преступлении, которое в силу уже собранных доказательств не являлось сложным.
Однако, следствие (как профессионалы, понимая, что осталось мало времени для привлечения виновного к ответственности) затянули расследования дела, обвинительное заключение было подписано полицией и прокуратурой только 20.07.2018 г., то есть практически ГОД органы затягивали дело.
В результате, еще когда дело находилось в районом следственном управлении, срок давности для привлечения преступника к уголовной ответственности истек, и его уголовное преследование стало юридически бесперспективным и уже обреченным.
Активность правоохранителей по делу была в максимальной степени низкой и волокитной. Что делали следователи, чтобы затянуть расследование:
- Следователи постоянно менялись, что отражалось на оперативности расследования по делу;
- одни и те же свидетели допрашивались по нескольку раз,
- следователи длительное время просто ожидали прихода свидетелей ( в нарушение ч. 1 ст. 118 ГПК РФ свидетели не вызывались по повесткам, в деле нет ни одной повестки о вызове);
- следователи запрашивали документы частями из одного и того же места (хотя могли запросить все сразу),
Все действия были направлены на создание видимости работы, а не на расследование дела.
Вершина абсурда выразилась в том, что Анастасия изначально представила вместе с заявлением заключение судебно-медицинской экспертизы, которое отвечало на все вопросы профессиональных нарушений этого «врача», однако следствие его проигнорировало.
Вместо этого следователь стал назначать аналогичные экспертизы по тем же самым вопросам, при этом в нарушение принципа территориальности проведения государственных экспертиз в совеем субъекте ( ч. 9 ст. 11 ФЗ № 73 от 2001 г.) , следствие направило дело на экспертизу не в своем субъекте – Новосибирской области, а как можно по дальше: сначала в г. Санкт-Петербург, а потом повторно на аналогичную экспертизу еще и в г. Воронеж.
Все это время Анастасия постоянно подавала массу жалоб на волокиту и ненадлежащее расследование уголовного дела, однако безрезультатно.
В результате, видимо, цель правоохранителей была достигнута – срок давности гарантировано был пропущен, а горе «врач» получил свою правовую неприкосновенность к уголовному наказанию.
И вот на этом этапе местное следствие и прокуратура спокойно направляют дело в суд.
РАЗДЕЛ 5 _
Стадия рассмотрения уголовного дела в уголовном суде и освобождение преступника от уголовного наказания за истечением срока давности уголовного преследования_
Постановлением районного суда Новосибирской области от 06.09.2018 года оперативно решено: прекратить уголовное дело в отношении «врача», обвиняемого в совершении преступления предусмотренного ч.1 ст.238 УК РФ, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.
Однако в постановлении суда явно указывается на виновность врача в совершении преступления в отношении малолетнего ребенка.
Анастасия подала апелляционную жалобу, она в том числе жаловалась на чрезвычайно мягкую квалификацию для деяние преступника по вине которого её ребенок утратил внутренний орган. Постановлением Суда апелляционной инстанции от 02.11.2018 г. оставлено без изменений постановление районного суда, а жалобу Анастасии без удовлетворения. Суд согласился, что срок уголовного преследования уже истек.
Ребенок к тому времени достиг возраста 15 лет и лично обжаловал постановления по уголовному делу в кассационном порядке.
Так он задействовал последний возможный механизм судебной защиты своих прав на привлечение преступника к уголовной ответственности.
Однако судьи кассационных инстанций отказались передавать дело на кассационное рассмотрение, и вопрос возможности уголовного преследования преступника со стороны ребенка-жертвы преступления был окончательно закрыт (определение судьи Президиума областного суда от 09.10.2019 г., определение судьи Верховного Суда РФ от 26.12.2019 г.) .
РАЗДЕЛ 6 _
Ребенок - жертва преступления подает иск против России в Новосибирский областной Суд за нарушение его права на уголовное судопроизводство в разумный срок
25.06.2020 г. ребенок – жертва преступления, лично подал в Суд области иск против Российской Федерации о взыскании компенсации за нарушение государством его права на уголовное судопроизводство в разумный срок и доступ к эффективному правосудию для уголовного преследования преступника .
В силу сложности и нестандартности такой категории дел, дело по первой инстанции рассматривает сразу высший судебный орган субъекта Российской Федерации, в данном случае - Новосибирский областной суд.
Иск заявителя основывается на нормах международного права и прецедентной практики Европейского суда по правам человека, ответчиком по делу выступает Российская Федерация, в лице Следственного комитета России, Министерство внутренних дел России и Минфина России.
Суд области возбуждает производство по делу и открывает судебное разбирательство, вызывая стороны в судебное заседание.
Все названные органы федеральной власти направляют своих представителей для состязания с ребенком-жертвой преступления.
ПОЗИЦИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В СУДЕ :
1) Ребенок пропустил срок для обряжения в суд с таким иском, коронный истекал когда ему было 15 лет (2018-2019 г.), этот ребенок как любой другой гражданин обязан знать всё российское законодательство и соблюдать все правила о сроках (прим.модератора: ребенок должен, а следственные органы не должны);
2) Мать ребенка – Анастасия когда впервые обратилась в органы не указала по какой статье УК РФ нужно привлекать «врача», потому она сама виновата, что органы не могли определится со статьей УК РФ, а также к чьей подведомственности относится её заявление;
3) То, что полиция на протяжении 8-ми месяцев принимала незаконные постановления об отказе в возбуждении дела и не реализовывало уголовное преследование преступника неважно, поскольку только полиция решает как и сколько рассматривать заявление;
4) То, что следствие понимая, что осталось мало времени, затянуло расследование, неважно, поскольку только следствие решает насколько большую доказательную базу им нужно собрать прежде, чем обратится в суд с обвинительным заключением .
Представители государств – «правоохранители» (СК и МВД) не скрывали своей ярости в том, что ребенок посмел подать такой иск к государству в высший судебные орган субъекта; убежденные в своей неприкосновенности и невозможности прохождения такого иска, требовали от Суда области отказать ребенку в его иске к государству.
ПОЗИЦИЯ ИСТЦА – РЕБЕНКА В СУДЕ _
1) Срок для обращения не пропустил, поскольку не бездействовал, а обжаловал судебные акты вплоть до Верховного Суда РФ, а с такого момента полугодовалый срок еще не пропущен.
Анастасия дала пояснения и указала, что целые отделы, управления и группы правоохранителей, вместе со всеми их начальниками при погонах год не могли понять как нужно было правильно квалифицировать одно заявление и кто его должен рассматривать, а теперь эти лица требуют, чтобы 15-ти летний ребенок идеально знал все сложные государственные правовые механизмы.
Анастасия просила Суд обратить внимание, что Данил еще ребенок и в силу своего возраста он в любом случае еще не должен знать все законодательство и не может полно осознавать все правовые последствия своих действий или бездействия в гражданском праве;
Если что-то не было сделано родителями, то это не может умалять право Данила на судебную защиту.
Потому Анастасия просила Суд в любом случае восстановить Данилу срок для защиты его прав и рассмотрения судом его иска против государства.
2) Не согласился истец с тем, что он обязан был сам квалифицировать события преступления при обращении с заявлением в органы, - поскольку это исключительно прерогатива государства, а не граждан ;
3) Не согласился истец с тем, что полиция может сколько угодно не возбуждать дело и вести свои предварительные проверки (ст. 144 УПК РФ), поскольку это препятствует потерпевшему осуществлять оперативное уголовное преследование в рамках уголовного дела и своевременной передачи преступника Суду.
4) Не согласился потерпевший с позицией следствия, поскольку их волокита и формализм в сборе доказательств в условиях когда сроки истекают, закрыла для него возможность правосудия.
НОВОСИБИРСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД _
Новосибирский областной суд ( судья Разуваева А.Л.) провел подробное и внимательное изучение всех обстоятельств настоящего дела.
Итоговое судебное заседание длилось весь день – на протяжении 8-ми часов, примерно с 09 часов и закончилось только в 18 часов.
Новосибирский областной суд применил к государству – ответчику взаимосвязь норм международного права:
- Декларацией прав ребенка (1959 г. ), а также принятой затем Конвенцией ООН о правах детей (1989 г.) закреплены фундаментальные правовые доктрины для всех государств: «Дети имеют право на особую заботу и помощь». «Ребенок, ввиду его физической и умственной незрелости, нуждается в специальной охране и заботе, включая надлежащую правовую защиту» .
- 8-й Принцип Декларации прав ребенка провозгласил: «Ребенок должен при всех обстоятельствах быть среди тех, кто первыми получают защиту и помощь».
- Конвенцией о защите прав человека и основных свобод (Рим, 1950 г.) установлено: «Каждый имеет право на справедливое публичное судебное разбирательства, в разумный срок».
Суд области заключил, в данном случае Российская Федерация не выполнила такие фундаментальные международные гарантии и понесет за это ответственность!
Коротко аргументы суда:
- Позиция представителей органов власти о том, что истцу-ребенку не может быть восстановлен срок на обращение в суд противоречит 8-му принципу и преамбуле Декларации прав ребенка (1959 г.), где презюмируется, что ребенок в силу своего возраста и еще неполной умственной зрелости нуждается в особой защите государства, потому Суд восстанавливает истцу ребенку срок для защиты его основополагающих прав .
- Суд области применил к органам власти принцип «Ex officio» (по долгу службы / в силу занимаемой должности) и отклонил их позицию о том, что обычные граждане, а особо ребенок, должны сами квалифицировать события преступлений обращаясь в органы власти. Государственные правоприменительные органы обязаны самостоятельно (ex officio) решать вопросы квалификации фактов на которые им указывают граждане, и в силу своего публичного статуса не вправе перекладывать такую государствую функцию на иных лиц, особенно на граждан нуждающихся в их защите ;
- Далее, Суд области применил ст. 6 ЕСПЧ в её интерпретации правовых позиции Европейского суда по правам человека (в постановлениях ЕСПЧ от 24.07.2014 г по делу Ляпин против Российской Федерации и от 20.11.2018 г. по делу Самесов против Российской Федерации), - и отклонил позицию полиции о том, что они вправе сколько угодно проводить проверку до возбуждения уголовного дела.
Суд указал полиции: уголовное преследование преступника может быть эффективным только при возбужденном уголовном деле и никак по иному, любые предварительные проверки должны быть минимально короткими и нужны только для процедурных формальностей, а в настоящем же случае такая предварительная проверка продлилась 8 месяцев, что составило практически половину срока давности уголовного преследования, - что имеет ясно чрезмерный и неадекватный характер .
4. Наконец, Суд области вновь применил системную взаимосвязь 8-го принципа Декларации прав ребенка и ст. 6 ЕСПЧ отклонив позицию следствия, поскольку доказательная база должна собираться в достаточной степени, а не максимально возможной; - в ином случае потерпевшие будет терять возможность привлечения преступников к ответственности, - что обесценивает сам смысл уголовного дела.
Суд следствию, что Российская Федерация взяла международное обязательство максимально оперативно и приоритетно расследовать дела с участием детей, что никак не наблюдалось в настоящем случае при постоянной смене следователей и волокитном, не поочередном сборе доказательств, следствие не смогло точно ответить для чего нужен был весь объем материалов который они собирали, в чем было его принципиальное значение, и какую ценность они в результате принесли.
В таких условиях государство не смогло доказать Суду области свою правомерность и эффективность соблюдения международных гарантий прав человека и прав ребенка.
Суд принял решение в пользу истца-ребенка и привлек Российскую Федерацию к ответственности, присудив ребенку компенсацию за неадекватно долгое рассмотрение и ведение его уголовного дела Российской правоохранительной системой.
Решение суда в полном объеме от 04.12.2020 г. составило - 28 листов !
Суд продемонстрировал высокий уровень внимания к вопросу нарушения прав человека перед государством и приверженность фундаментальным нормам международного права.
Органы государственной власти не смогли смерится с таким решением, и в своем стиле производили яростные попытки отменить такой акт правосудия и отказать ребенку.
Между тем, с таким решением Суда области, согласились его коллегии во всех вышестоящих судебных инстанциях (Апелляционное определение Пятого апелляционного суда общей юрисдикции от 14.05.2021 г., и кассационное определение Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 14.10.2021 г.)
Следственный комитет России никак не мог смериться с тем, что ребенок смог отстоять свои права уже даже в Суде области ( а не в ЕСПЧ), и направил кассацию в Верховный Суд РФ, требуя от Верховного Суда РФ отменить решение Новосибирского областного суда и отказать в иске к России.
Судья Верховного Суда Российской Федерации практически сразу по жалобе СК РФ истребовал дело из Областного суда для его всестороннего изучения. (Дело более 2-х месяцев находилось на изучении в Верховном Суда РФ).
Однако, судья (высшего квалификационного класса) Верховного Суда РФ – Зинченко И.Н. изучив все материалы как уголовного так и настоящего административного дела, согласился с решением Областного суда и определением от 05.04.2022 г. отклонил кассацию Следственного комитета Российской Федерации, окончательно закрыв этот вопрос.
Компенсация присужденная Судом области, конечно, не достигла уровня компенсации, которую присуждает ЕСПЧ, но будем реалистами, - следует заметить, что компенсация была выше среднего уровня присуждаемой российскими судами.
и мы прекрасно понимаем, что судья просто не может сильно отклонится от существующей российской судебной практики размера присуждений компенсаций, поскольку это косвенно затрагивает вопрос о равенстве всех перед судом и законом в единой российской правовой системе – ст. 19 Конституции РФ
В тоже время, заявители благодарны Суду за реализацию правосудия на и защиту прав человека.
Такой прецедент публично продемонстрировал высокий стандарт защиты прав человека со стороны Новосибирского областного суда.
Заявители уже смогли результативно заявить о своем достоинстве, веря в свое право.
РАЗДЕЛ № 7 _ БОРЬБА ЗАЯВИТЕЛЕЙ ЕЩЕ ПРОДОЛЖАЕТСЯ !
Сторона заявителей, одержавшая победу сейчас в отдельном аспекте своих прав, но продолжает отстаивать свое достоинство и хочет привечать государство к ответу в иных незакрытых аспектах прав человека в их ситуации, задействовав для этих целей уже международные механизмы защиты _
1) Процедура защиты прав через механизм Комитета ООН по правам человека _
В комитет ООН по правам человека (Женева) переданы вопросы, которые поднимаются с позиции нарушения Россией Международного пакта о гражданских и политических правах (Женева, 1966 г.).
Несовершеннолетний Данил обвиняет государство в том, что уголовный суд не вызвал его лично в судебное разбирательство и не предоставил ему возможности лично защищается против прекращения его уловного дела ( на ряду с его родителями у которых взгляды по способам защиты отличались от самого потерпевшего), в тот момент Даниил уже был способен защищать свои права сам – но уголовная судебная система отказалась считать его отдельной личностью;
Также Данил обвиняет государство в неадекватно мягком обвинении врача, несопоставимом с последствиями потери им органа, что является по его мнению неуважением прав человека;
Вопросы на стадии прохождения условий приемлемости.
2) Процедура защиты прав через механизм Европейского суда по правам человека _
Анастасия и Данил, также в настоящее время проходят соблюдение процедуры ст. 35 ЕСПЧ, что бы обратится и в Европейский суд по правам человека с требованием против России о компенсации за длительное изначальное бездействие государства (неисполнение позитивных функций расследования).
Основания требований –
- представители Минздрава сразу знали о преступлении против ребенка, но игнорировали вопрос о неотложном инициировании уголовной проверки,
- государство неисполнимо свою позитивную обязанность «защищать»;
- Ставится вопрос о компенсации за умаление достоинства людей самим фактом конечного освобождения государством преступника от уголовной ответственности
Анастасия также требует присудить и ей лично компенсацию за то, что практически 2 года её постоянно «пинали» и блокировали её законные намерения в различных правоохранительных органах.
Она длительно видела, что никак не может добиться справедливости для своего ребенка, и как любой нормальный родитель, по вине государства перенесла в такой долгий период серьезные душевные и нравственные переживания, - что, по её мнению, также нельзя назвать соблюдением конвенциальных прав человека.
Можно подводить итог:
Люди, которые верят в свои права и самое главное сами их уважают, как показывает практика, не лишены шансов на самую казалось бы невозможную защиту и побеждают целые страны, - и даже в собственном государстве через собственный государственный суд !
Такой один, но единственный прецедент, надеюсь, будут способствовать пониманию принципиальной необходимости защиты своих прав.
Если Вы сами уважаете свои права, то и государство будет вынуждено их уважать.
Наличия глубоких юридических познаний для этого не требуется, герои этой истории своевременно обратились к специалисту и получили заслуженный результат.
«Лишь тот – свободной жизни властелин,
Кто дни свои в борьбе проводит трудной»
(с) Иоганн Вольфганг фон Гёте, «Фауст»
Боритесь за свои права, и у Вас все получится !
Статья подготовлена юристом Третьяковым Вадимом Валерьевичем,
на основании его судебной практики в области защиты прав человека