Елена Степанова - о студентах 1970-х и ярой хоккейной болельщице Таньке.
Встречались ли вам девушки - фанатки хоккея? Я всего одну в жизни видела, но это было что-то! Если вдруг на улице на тебя наскакивает вихрь, почти сбивая тебя с ног, а в ухо тебе вместо приветствия кричат: «Харламов, Петров, Михайлов!», а потом непременно сообщают, что именно эта звездная троица сотворила в очередной раз на льду, то сомнения нет, на твоем пути встретилась Танька! Мне-то милее были бы вести о художественной гимнастике, но что ж человека не послушать, если у него так душа горит.
Всем было известно, что она не пропускает ни одного хоккейного матча со своими кумирами и смотрит их только вживую. Лужники ей прямо дом родной, она платит спекулянтам страшные деньги за билеты и может сорваться и улететь, допустим, в Уфу, если матч проходит там.
Как-то раз Танька прибежала ко мне и сообщила, что только я могу ей помочь. Оказывается, в кои-то веки она не смогла поехать на матч, и – позор джунглям! – придется его смотреть по телевизору. Но в телевизионной комнате (а в конце 70-х годов в студенческих общежитиях были специальные комнаты, где стоял общий телевизор) своего корпуса ей появляться - все равно что лицом в грязь упасть, а в нашем она тихонечко сядет и, никем не замеченная, посмотрит трансляцию. С меня она взяла слово никому из знакомых об этом проколе не рассказывать. Я слово держала. А теперь срок давности вышел, чего уж там!
Мы часто ходили компанией в театр. Случилось так, что на спектакль Малого театра у нас оказался лишний билет. Подходим к остановке троллейбуса №24 и видим Таньку. Быстренько решили, что билет пропадает, а Таньку в культурное учреждение сводить вместо стадиона – благое дело. Было нас, театралов, в тот раз четверо. Подошли всей гурьбой и осведомились, куда симпатичная леди-хоккей направляется. Конечно, путь ее лежал в Лужники! По радио, видите ли, объявили, что очередной матч переносится, но Танечка решила проверить, правда ли это.
- Танюша! Неужели ты думаешь, что радио может врать? - хлопнув длинными ресницами, сказала Аллочка. – Пойдем лучше с нами в театр! Вот и билетик лишний есть!
Троллейбус подошел кстати, мы сообща взяли Таньку под белы рученьки и до самого зрительного зала не отпускали. Оказалось, это ее первый поход в театр вообще. Спектакль она стоически отсидела, но на выходе все же заявила, что хоккей лучше.
Вот такая у нас в МЭИ училась интересная девушка. Танька жила в другом корпусе студгородка, виделись мы нечасто. А перед дипломом и совсем растерялись. Оказывается, поехала в Лужники, троллейбус был полон, ее вытолкнули из открывшейся двери, итог – сломанная нога. А если честно, права была Танька: наш хоккей тогда вполне заслуживал таких пламенных фанатов. Таня, ау! Где ты? Слышишь меня? Харламов, Петров, Михайлов!