Когда мы выпили по чашке облепихового чая, Леонид ушел. Он не остался до утра, как я просила. Он оделся, вызвал такси и еще долго сжимал меня в прихожей. А потом ушел.
Я легла спать, но сна не было. Внутри все переворачивалось. Я крутилась и вертелась, а когда поняла, что точно сегодня не усну, то позвонила подруге. Она ответила не сразу. Но когда выслушала мою тираду, то вздохнула и ответила:
— Боже, ну ты и шл*шka, Маш. Ты же понимаешь, что он тебя использует в очередной раз? Зачем ты снова попала в его сети? Ты что, совсем ку-ку?
Ладно, я ее не виню. Я же разбудила ее среди ночи своим звонком и нытьем вперемешку со счастьем. Я бы на ее месте тоже обзывалась о осуждала.
Реакции
Как бы то ни было, моя подруга была абсолютно права. Я вела себя совершенно не подобающе леди. От этого было фиговенько. Хотелось рыдать и блeвать. Странное чувство. Но знаете, я все держала в себе, хоть у меня и было желание изрыгнуть жидкую субстанцию. Какая-то часть меня наслаждалась той полнотой, что была в моем теле.
Да уж, правду говорят, что женщина без мужчины — О. В одиночестве постоянно хочется себя чем-то наполнить. Хоть болью, хоть едой. Хочется заткнуть ту пустоту, что существует внутри. Наверное поэтому я и держу при себе слезы, сопли и все прочее.
Хотя, возможно, мои бурные мысли — просто бред невротички.
В любом случае, вот она я. И я лежу на кровати с чувством, что меня в очередной раз использовали как помойное ведро, и не могу плакать. Слезы стоят в глазах, но не выкатываются наружу. В горле застрял ком, но я не могу его вырвать, потому что он сидит и не хочет выходить.
Через несколько дней
Через несколько дней Леня приехал ко мне в обед. Я выскочила из офиса, и мы поехали к нему. А может, не к нему, а просто в какую-то съемную квартиру, я уж не вдавалась в подробности.
Короче, на обед были обнимашки и разные приятные проникновения. Я даже не хотела есть. Была сыта той любовью и той страстью, что испытывала к нему.
Шторы были задернуты не до конца. Через маленькую щель свет падал как раз на мое лицо. Я лежала на белой простыне, изнеженная и счастливая. И смотрела на Леню.
— Ты опять? — спросила я, хихикая.
— Не мешай, — ответил Леня и продолжил свое увлекательное занятие.
— Ты опять считаешь мои веснушки?
Он улыбнулся и кивнул.
— Ну хваааатит! — я перевернулась на живот и зарылась в простыню, выглядывая на него одним глазом.
Ленька сгреб меня в объятия и сказал:
— Не хочу тебя никому отдавать. Ты только моя.
В моей душе пели птицы от этого откровенного вранья.
Ссора
Уже в дверях, когда мы одевались, Леонид странно посмотрел на меня и сказал:
— Маш, если нас кто-то из знакомых увидит вдвоем, давай сделаем вид, что мы только что встретились, хорошо?
Я замерла. Нет, это не хорошо. Это очень нехорошо.
— Почему это? — насторожилась я.
Он замялся.
— Просто это сейчас не нужно.
«Все понятно, — подумала я. — Все как обычно».
— Ты до сих пор с ней? — спросила я очень-очень тихо.
Леня промолчал.
— Это правда? — заорала я. Меня так разозлила фраза «это сейчас не нужно»! Я просто рассвирепела.
Ленька подпрыгнул от неожиданности и быстро ответил:
— Да.
Женат
У меня внутри все оборвалось. Я так боялась спрашивать его о том, женат ли он до сих пор? Я так боялась нарушить ту атмосферу, что возникла между нами. Я оттягивала этот момент как можно дальше, все же надеясь, что теперь-то Леонид будет только со мной. Что он свободен. Но мое предчувствие меня не обмануло: он по-прежнему был женат.
— Но почему? Почему тогда ты снова возник в моей жизни? Господи, да что ж ты за козлина такая, Леня?
— Потому что ты мне нужна! — заорал он в ответ.
— Ааааааа! Запретный плод сладок?
— Ты все не так поняла.
— Ты все не так объяснил. Ты — адреналиновый маньяк, знаешь об этом?
Леня схватился за голову.
— Я тоже рискую, — сказала я тихо.
— У тебя кто-то есть?
— Кто-то.
— Кто-то?
— Кто-то.
— Я его знаю?
— Не твое дело!
На самом деле, у меня никого не было, но Леониду об это знать было не обязательно. Я выбежала из квартиры и пошла по улице обратно в офис. Леня догнал меня, схватил за локоть и развернул к себе.
— Мы не договорили.
— Отстань!
— Маша, подожди. Пожалуйста. Давай поговорим. Ты должна меня послушать.
Я возразила сумкой ему по морде и пошла дальше. Вот так и закончилось мое обеденное свидание.
Работа
На работе я не могла сосредоточиться. Снова к глазам подступали слезы, а к горлу ком. Но опять я не могла ни рыдать, ни блевать. Да что ж за наваждение? Кошмар какой-то.
Было такое ощущение, что я — губка, которая впитала в себя всю влагу мира и не хочет делиться. Я — долбаный Спанч Боб. Но не желтый, а скорее светло-серого оттенка.
В общем, до вечера я просидела в тумане и полубреду. Хорошо, что срочных задач не было, и я могла всласть отдаться воспоминаниям и впасть в жалость к себе.
Продолжение читать тут.