Наталья открыла дверь. На пороге стоял курьер с букетом цветов. Молодой человек вежливо поздоровался и вручил букет хозяйке. Женщина не могла предположить, от кого такой подарок.
— ... А визитку, извините, не оставили, — виновато произнес курьер, протягивая накладную для росписи.
— Ну а имя отправителя хотя бы вы знаете? — спросила удивленная Наталья.
— Нет, извините...
— Господи, мамаша, берите уже свои цветы и пошли, — сказала Ольга. — А вам, молодой человек, огромное спасибо и до свидания. — Подруга расписалась в накладной за хозяйку и закрыла за курьером дверь.
Короткова стояла и недоумевающе смотрела на огромный букет нежно-розовых роз. Затем отдала его Ольге со словами:
— На. Вот до чего дошло — цветы носят на дом.
— А ты что имеешь в виду, Наташа? До чего дошел прогресс? — Хозяйка ничего не ответила. — А приятно-то как! — Ольга встала перед зеркалом и стала любоваться собой и цветами.
— Да что приятного?! — возмутилась Наталья. — От кого цветы?
— Скоро, наверное, узнаешь.
— Слушай, это, пожалуй, тебе принесли. У меня никого нет, — сказала Короткова.
— Ну да, я же здесь проживаю, а не ты... Тебе, дорогуша. Тебе принесли этот букетище. Пойдем на кухню, чай остывает, — Ольга приобняла подругу и повела ее на кухню. — Знаешь, дорогая моя, видать, ты кому-то очень нравишься.
— Да кому мы с тобой нужны — старые перечницы? — грустно сказала Наталья.
— Так, ты давай не обобщай. Я вот еще совсем молодая. И ты тоже не старая перечница, ты молодая и красивая женщина. Мужчины, между прочим, когда видят тебя на улице, головы сворачивают. А тут, посмотри, какая красота! — Ольга нашла у Натальи вазу, налила в нее немного холодной воды из крана и поставила в нее букет.
— Ты собираешь какую-то ерунду. Ты понимаешь, что это какой-то ужас! Если на них даже не написано, от кого они! Может, вообще адресом ошиблись? И вообще, мне сейчас не до романтики, у меня сын в опасности!
— Господи, ну в какой он у тебя опасности? — Ольга перешла на серьезный тон. — Ну что ты заладила? Просто вырос твой Степа! Вырос! А тебе надо просто это осознать и принять, и заняться собственной жизнью, — с этими словами подруга поставила цветы на стол, прямо перед лицом Натальи. — Уже давно пора.
— Я мать, о какой собственной жизни ты говоришь? — Короткова вылупила глаза на подругу. Она всерьез не узнавала Ольгу. Неужели Болотова совсем ничего не видит, что происходит? — Хотя тебе не понять, — махнула рукой хозяйка квартиры, отодвинула кружку с чаем и налила в стакан простой воды из графина.
— Ну, конечно, куда уж мне, — обиженно произнесла Ольга. — Только когда чуть что случается, ты к кому бежишь? Ко мне. А сейчас мне, конечно, ничего не понять!
— Ой, Оля, давай я разберусь со своим ребенком и жизнью сама, хорошо? Без тебя.
Выдержав паузу, Ольга ответила:
— Хорошо. Разбирайся. — И женщина направилась к выходу из квартиры. Похоже, что слова хозяйки ее сильно обидели. — Только, знаешь что, — повернулась она, — Вот пусть все идет как идет. Хватит тебе уже метаться. Сама не живешь и другим не даешь жить.
— Вот только не надо из меня делать вселенское зло, подруга! — воскликнула вдогонку Наталья.
— Да я просто хочу, чтобы было как лучше. А ты одела шоры на глаза и вообще ничего замечать не хочешь. Как загнанная лошадь уже!
Наталья не могла принять позицию Ольги. Больно уж волновала ее судьба сына. Но больше всего пугала и раздражала неизвестность. Случись что у Степана, и мать узнает об этом последней. А сын из гордости своей ничего рассказывать не будет.
***
На следующий день, Наталья, помирившись с подругой, попросила Ольгу составить ей компанию в наблюдении за элитным домом. Когда женщины подошли к его подъезду, они увидели Степана. Парень попрощался с Елизаветой и скрылся за дверями. Лиза же направилась к своему автомобилю.
— Лиза, подождите! — окликнула девушку Наталья. — Здравствуйте.
— Здравствуйте, Наталья Вячеславовна, — поздоровалась молодая бизнесменша, едва улыбнувшись. — Какими вы здесь судьбами?
«Надо же! По имени-отчеству обратилась!» — подумала про себя женщина. А вслух сказала:
— Вообще-то сын мой здесь живет. Хочу выяснить кое-что.
— Ну попробуйте, — загадочно сказала Лиза.
— В каких отношениях вы с моим сыном? Даже не так — какие намерения у вас в отношении моего сына?
Вместо ответа девушка сначала рассмеялась.
— Знаете, неожиданно... Но я могу вам ответить. У нас с ним доверительно-деловые отношения. Я вижу в нем очень ценного сотрудника для моей компании.
— Надо же! У вас и компания своя есть?! — якобы удивилась Наталья. Ольга стояла рядом и молчала, наблюдая за обеими женщинами.
— Да, есть. А что в этом такого?
— А то, что для деловых, как вы говорите, отношений вы уделяете моему сыну слишком много внимания, — пояснила Наталья. — Да и не только вы лично. Вот кто хозяин этой квартиры? — женщина указала на дом.
— А почему вы спрашиваете? Какое это имеет отношение к нашему разговору?
— Елизавета, а вы не отвечайте мне вопросом на вопрос! Имейте смелость сказать мне правду! — Наталья едва сдерживала себя.
— Наташа, Наташа, успокойся! — Ольга встала перед подругой и заслонила ей обзор. — Ты хочешь, чтобы тебя ненормальной окрестили? Такими методами ты ничего не добьешься.
Елизавета в это время села в машину и уехала. Наталья сразу направилась к подъезду элитного дома, к сыну.
— Эй, постой, Наташа! Куда ты? — Ольга побежала за ней. — Ну куда ты сейчас опять, а?
— К Степану. Хватит! Все! Наигрались! Домой!
— Наташа, не глупи! Ты этим ему можешь только навредить.
— Чем навредить? Любовью? Заботой?... Ольга, ты моя лучшая подруга, и в самый тяжелый жизненный момент не поддерживаешь меня.
— Да какой момент, Наташа? Все моменты в твоей голове, между прочим!
— Ты вообще не понимаешь, что происходит? — возмутилась Короткова.
— Это ты не понимаешь... Твой ребенок уже вырос и больше не нуждается в няньке. Если ты его сейчас не отпустишь, можешь потерять Степу навсегда.
Подъезд оказался закрытым. Наталья искала кнопку вызова да впопыхах не могла ее найти, кроме этого, забыла номер квартиры. Поэтому, постояв немного возле дверей, женщина пошла прочь. Ольга — за ней.
Чисто интуитивно Наталья понимала, что подруга в чем-то права. Но Ольга, по ее мнению, не хотела вникнуть в то, что Степан в беде, и это обстоятельство напрягало женщину. Материнское сердце подсказывало Наталье — нужно спасать Степана от этой туманной Лизы. И ей было обидно, что лучшая подруга не поддерживала ее в этом вопросе.