«Сволочное дело», - ругался обычно сдержанный Сталин в августе 1934 года. Что же разгневало «отца народов», что омрачило его отдых на черноморском побережье? Ведь в Москве на хозяйстве оставался «железный Лазарь», верный Каганович. Что могло пойти не так?
То, что случилось в Москве 5 августа 1934 года, в донесении Кагановича называлось кратко – ЧП. Впоследствии эти события было приказано считать попыткой вооруженного мятежа. Разберемся, так ли это. Фабула дела хорошо известно – некто Артем Нахаев, 31 года, начальник штаба артдивизиона лагерных сборов Осовиахима привел в московские казармы роту резервистов [тех самых, которых в брежневское время с усмешкой величали «партизанами»]. Построил подчиненных на плацу [заметим в скобках, что эти вполне гражданские люди всю ночь совершали пеший многокилометровый марш, и в 8 утра меньше всего хотели митинговать], и обратился к ним с путаной речью, призвав свергнуть Советское правительство, для чего «партизанам» следовало захватить оружие солдат РККА в этой казарме. Доподлинно неизвестно – то ли резервисты сами «наваляли» своему командиру и сдали его куда следует, то ли все же попытались разоружить кадровых военнослужащих и были предсказуемо «повязаны», но факт остается фактом – случилось ЧП.
Теперь по пунктам. Сам Нахаев – что он за птица? На скромный взгляд автора этих строк – типичный неудачник. Судите сами:
• окончил артиллерийское училище [можно встретить явно ошибочное утверждение, что военную академию], но не прослужил в армии и четырех лет - демобилизовался;
• состоял в ВКП(б), но покинул ее «по идейным соображениям» (?);
• будучи женат, ютился в комнатушке площадью 4 (четыре) кв.м;
• занимал громкую должность «начальника штаба артдивизиона лагерных сборов Осовиахима», означавшую на самом деле типичную синекуру для отставника, к комсоставу РККА никакого отношения не имеющую.
Пламенная речь Нахаева, с которой тот обратился к осовиахимовцам, известна в передаче свидетелей, ее текст можно найти в Сети со ссылкой на место хранения – Архив Президента РФ. Если гуляющий по Рунету текст аутентичен, то приходится признать – Нахаев действительно был человеком неуравновешенным, «нелюдимым и болезненным», как его характеризовал Каганович. В речи все смешано в одну кучу: всевластие евреев, засилье государства, отсутствие свободы слова и т.д. Довольно забавно, что толком не служивший Нахаев обращается к резервистам со словами: «Мы воевали в 1914 и 1917», так как в 1917 оратору было еще 14 лет.
Что больше всего напоминает этот фейковый «мятеж»? Правильно – по степени бестолковости его можно сравнить только с восстанием декабристов 1825 года. Та же организационная беспомощность, бессмысленное стояние на плацу и т.д. И, как положено в истории, трагедия 1825 года повторилась фарсом в 1934. Ни одно животное ни один резервист в Красноперекопских казармах, в отличие от событий на Сенатской площади, не пострадал. Тем не менее, разгневанный «отец народов» дал команду расследовать дело со всей серьезностью. Это можно судить по тому, что вел следствие замнаркома внутренних дел Яков Агранов, а курировал его «железный Лазарь». Версия с лузером-одиночкой вождя не устроила, и чекистам пришлось «на коленке шить дело» об антисоветском заговоре и зарубежном следе.
Агранову удалось связать имена Артема Нахаева и Л.Н. Быкова – бывшего царского генерала, бывшего «военспеца» [так называли офицеров старой армии, перешедших на службу в РККА]. Эти двое действительно в свое время вместе работали в Институте физкультуры.
Что касается зарубежного следа, то Сталин предположил, что Нахаев, должно быть, «агент польско-немецкий или японский». Но – сюрприз! – чекисты почему-то решили превратить его в агента одной «маленькой, но гордой» сопредельной республики, а именно – Эстонии. Версия сгодилась, в том числе и для суда, который был, разумеется, формальностью. Участь Нахаева и Быкова была решена, и в конце 1934 года обоих поставили к стенке. Не стоит забывать, что 1 декабря того же года был убит С.М. Киров, и репрессии уже были внесены в повестку дня.
Осталось ответить на небольшой вопрос – а почему же все-таки Эстония, по мнению следствия, стояла за мятежом Нахаева? Не Польша, ни Япония и не Бангладеш? У автора этих строк есть, в некотором роде, конспирологическая догадка. Вполне возможно, настоящей мишенью чекистов в «деле Нахаева» был командарм Альберт Корк, на тот момент – командующий Московским военным округом, на территории которого происходили эти события. Дело в том, что Корк был этническим эстонцем, уроженцем Лифляндской губернии, и идеально подходил на роль руководителя заговора, курируемого эстонской разведкой.
И действительно, Сталин поставил задачу провести в отношении руководства округа служебную проверку. Правда, по ее итогам в отношении командарма Корка «оргвыводов» сделано не было. Он был арестован в 1937 уже по «делу Тухачевского» приговорен к высшей мере, пережив Нахаева всего на три года.