Я (вечно я, я и я!) сортировщик явлений. С этого, говорят, наука когда-то началась. И было время, когда я прикладному искусству противопоставлял идеологическое. А потом понял, что и оно – прикладное: усиливает в общем-то знаемое, а не выражает подсознательный идеал. Так если самые неосознаваемо глубокие конструктивисты (Родченко, Иогансон, Медунецкий – см. тут, Татлин – см. тут) подсознательным идеалом имели бесконфликтный централизованный коммунизм, а менее глубокие превратили его в прикладное искусство (усиливали ЧЕМ выразить что: ГЕОМЕТРИЗМОМ – аскетичность {в пику комфорту буржуев})… То Эйзенштейн, поверхностный художник, не имеющий подсознательного идеала, конструктивизм сразу (минуя стадию глубины) применил противоположно: усиливал ЧТО в выражении того чем: «…приоритет «смыслового задания» перед реальной «деталью»… …с точной установкой на определенный конечный тематический эффект. …от отдельных явлений его внимание постоянно смещается к общим закономерностям… … оно показывало бы