Когда я узнала, что Дарья также влюблена в человеческий мозг, как и я - сразу же пригласила её сделать практическую лекцию для моего интенсива "Открой в себе лингвокоуча".
И эта лекция "Основы нейролингвистики. Открой новые возможности мозга", на мой взгляд, стала идеальным завершением всего курса!
– В 2013 году ты начала преподавать английский, а что было самое сложное за эти 9 лет?
– Не поверишь, работа со взрослыми. Особенно в самом начале, когда я была студенткой. Я постоянно спрашивала себя: «Чему я, молоденькая девочка, могу научить этих взрослых дядь и тёть?». Именно по этой причине до недавнего времени принципиально не работала со взрослыми.
– Лингвокоучинг помог?
– Он для меня стал способом преодоления своего личного «синдрома самозванца». Я уверена в своих знаниях, методах и методиках. Но всё равно перед взрослыми старше себя был парализующий страх. Лингвокоучинг помог от него избавиться.
– Какие проблемы хотела решить в работе с помощью лингвокоучинга?
– Как выстроить занятие для взрослых так, чтобы у них не пропала мотивация. И, наверное, немаловажный пункт, как выстроить личные границы со студентами на занятиях так, чтобы комфортно было всем.
– Почему именно сейчас?
–Потому что я не знала о существовании именно лингвокоучинга. Про коучинг слышала, да. Но с развитием инфоцыганства коучинг оброс слухами и стереотипами, и коучи начали вызывать скорее опасение, чем желание с ними поработать. А в случае лингвокоучинга… приставка «лингво» меня убедила.
– Какие важные вопросы с учениками получилось решить после обучения?
– Я научилась лучше слышать своих студентов и чувствовать, когда им комфортно на занятиях. Вижу, что ученику 60 мин много - предлагаю разбить на два занятия по 30. Вижу, что ДЗ не идёт, меняем формат или убираем вовсе.
– Что изменилось в твоей работе в принципе?
– После курса я стала ставить себя на место взрослого ученика и анализировать, а было бы мне комфортно в такой среде, стала бы я это делать? Не скажу, что раньше я этого совсем не делала, но была больше педагогом.
– Что изменилось лично в тебе?
– Ушел страх. Я знаю, какой я специалист. А взрослый передо мной ученик или ребёнок – это ушло на второй план.
– Что, на твой взгляд, лингвокоучинг дает учителям?
– Систему работы со взрослыми. Учителя, по большей части, учились на педагогов, где изучали детскую и подростковую психологию, методы работы со школьниками. И эти подходы применяют ко взрослым. А так не работает, взрослые – не дети. Методы и подходы должны быть другие.