Когда у Великого Волка, Фенриса, начались приступы бешенства, он прежде всего побежал туда, где родился. Тюр и другие асы пытались помешать ему вернуться в Железный Лес, но однажды Фенрис все-таки ускользнул из-под надзора и разыскал свою мать Ангрбоду и единоутробных братьев и сестер — волков-оборотней. Что произошло с ним в Железном Лесу, неизвестно, но после того, как он покинул родные края во второй раз, теперь уже навсегда, голод и ярость овладели им безраздельно, а одна из обитательниц Ярнвида родила пару волчат, похожих на отца, как две капли воды. По другой версии, матерью этих волчат, Хати и Сколя, была сама Ангрбода, но правда это или нет, мы, возможно, никогда не узнаем. Когда асы сковали Фенриса, Хати и Сколь оказались единственными, кто встал на его защиту. Даже Локи и Ангрбода не стали вмешиваться, понимая, насколько Фенрис опасен, но его юные сыновья не смогли оставить отца в беде и предприняли безнадежную попытку освободить его от пут. Асы изловили волчат, и Один нашел им полезное применение. Он наложил на них чары — так же, как в свое время на Великого Змея. Сунна и Мани в те времена нередко отклонялись от предначертанного им пути и принимались блуждать по небу или замедляли свой ход. Из-за этого дни и ночи не всегда начинались и заканчивались точно в срок. Особенно часто это случалось с Мани, который то и дело останавливался посмотреть, что происходит внизу, на земле, и, увлекшись чьими-нибудь очередными приключениями, подолгу стоял на месте. Многие на это жаловались, и вот Один, наконец, придумал, как заставить солнечную и лунную колесницы двигаться точно по расписанию. Он поместил сыновей Фенриса на небеса и заколдовал их так, чтобы Сколь гнался за колесницей Сунны (точь-в-точь как овчарка гонит стадо, не давая овцам сбиться с пути), а Хати (которого также называют Хати Хридвитиссон и Манагарм) — за колесницей Мани.
Сколь и Хати не все время проводят в небесах: пока Солнце и Луна придерживаются графика, волки остаются на земле и бегают на воле; но если кто-то из небесных этинов начинает запаздывать, их преследователей вновь выгоняют на небо. Из двух братьев Сколь более спокойный, тихий и молчаливый. Сама погоня за Сунной до некоторой степени его забавляет, но подневольный характер этой работы ему не по вкусу; и все-таки он понимает, что, по сравнению с отцом, ему еще повезло. Хати более общительный, но непостоянный в своих настроениях: он легко переходит от озорного веселья к угрюмой злости, а заклинание, так часто переносящее его на небо, ненавидит всей душой. Оба волка знают: если придет Рагнарёк, они смогут догнать и убить Сунну и Мани и освободиться от чар Одина, — и оба с нетерпением ждут этого дня.
Волчья песня для Хати и Сколя
Колеса повозки солнца — багряные спелые фрукты,
Пусть лопнут они у меня на зубах, и напьюсь я сладкого сока;
Погоня за ними пусть будет веселой забавой,
Я буду бежать, словно резвый щенок, кувыркаясь.
Колеса повозки луны — жемчужные спелые фрукты,
Пусть лопнут они у меня на зубах, и напьюсь я сладкого сока;
Погоня за ними пусть будет удачной охотой,
Я буду бежать, словно Смерть, не сбиваясь со следа.
Рейвен Кальдера
Книга йотунов: работа с великанами Северной традиции.