Сегодня, 20 марта, исполняется 100 лет со дня рождения Ирины Александровны Антоновой, посвятившей Пушкинскому музею 75 лет своей жизни. Мы попросили наших посетителей написать свои ассоциации с Ириной Александровной Антоновой. Нам хотелось составить словесный портрет Ирины Александровны, понять, какой она запомнилась не только друзьям, близким и коллегам, но и широкой публике. По итогу мы отобрали 10 понятий, которые лучше всего описывают Ирину Александровну Антонову.
УВЛЕЧЕННОСТЬ
Работоспособность Ирины Александровны поражала окружающих. Имея за плечами девять десятков лет, она не отказывалась от привычного темпа жизни. Интервью, лекции, работа над выставочными проектами, командировки. В служебных поездках она, не выказывая усталости и не отставая от молодых коллег, деятельно участвовала во всех необходимых встречах, осматривала музеи.
Увлеченность делом, сосредоточенность на решении творческих задач, радость победы наполняли ее энергией, и она долго не чувствовала своего возраста. Увлеченность, настойчивость в достижении цели были важными чертами характера Ирины Александровны. Захваченная какой-то идеей, она решительно двигалась к цели. Одной из главных своих задач она поставила расширение музейного пространства. Музей в этом крайне нуждался, его единственное здание требовало капитального ремонта. В 1961 году, когда И.А. Антонова стала директором, музею был передан особняк-руина, стоящий по соседству. Благодаря усилиям Ирины Александровны здание было тщательно отреставрировано, и в 1966 году туда были переведены фонды отдела графики. На фотографии, которая была сделана во время торжественного открытия Дома графики, мы видим счастливое лицо Ирины Александровны. Это приращение – ее первая победа в деле создания музейного квартала. К концу ее жизни музею уже принадлежал десяток зданий.
ПРОФЕССИОНАЛИЗМ
Профессия сотрудника художественного музея требует не только глубоких знаний истории мирового искусства. Музейщик должен уметь показать «вещи», как их называют на профессиональном жаргоне, умудриться так их сгруппировать, чтобы они, в зависимости от идеи, заложенной в концепцию постоянной экспозиции или выставки, гармонично смотрелись рядом или, наоборот, вступали друг с другом в требуемый конфликт. Это умение аранжировки дано далеко не всем музейщикам. Ирина Александровна Антонова обладала этим умением блестяще.
Часто приходя в зал в момент создания экспозиции, она, посмотрев на картины, предлагала свой вариант расстановки, при этом нередко сама начинала переставлять работы. И, как правило, ее вариант размещения экспонатов был самый удачный. Она видела вещи, чувствовала их. Так же как чувствовала и язык. Обладая абсолютной грамотностью, она в любых текстах, будь то письмо в Министерство культуры или вступительная статья к каталогу очередной выставки, молниеносно замечала лишнюю запятую или отсутствие оной, не говоря уже об орфографических ошибках или опечатках. Любила и умела работать в музейной библиотеке, как правило, сама старалась подобрать необходимую литературу.
СМЕЛОСТЬ
Принимая назначение на должность директора, Ирина Александровна понимала, что берет на себя огромную ответственность. Как она рассказывала, были сомнения, но она решилась. Это был смелый шаг: проработав к тому времени в музее уже пятнадцать лет, она прекрасно представляла себе объем проблем, которые ей предстоит разрешать. Начинать надо было с ремонта здания: текла поврежденная еще во время войны крыша, залы 2-го этажа нуждались в серьезной реставрации. Чтобы ускорить затянувшийся ремонт, понадобилось проявить решительность и обратиться за помощью к Председателю Совета министров А.Н.Косыгину.
Смелость потребовалась, чтобы добиться разрешения на выставку опального Александра Тышлера, организовать потребовавший немыслимых мер безопасности показ «Джоконды» Леонардо (директор И.А. Антонова и главный хранитель Е.Б. Георгиевская сопровождают контейнер с картиной), предложить устроить в ГМИИ им. А.С. Пушкина идеологически опасную выставку «Москва – Париж». Тогда впервые после долгого пребывания в запасниках был показал русский авангард: Малевич, Кандинский, Филонов. Ирина Александровна не боялась иметь собственное мнение и умела его отстаивать.
МУЗЕЙ
При взгляде на эту фотографию Ирины Александровны Антоновой возникает в памяти известная цитата: «Вы нынешние, ну-тка». То, что было создано И.В. Цветаевым, что сумел в тяжелейшие годы разрухи сохранить и уберечь от расхищения В.К. Мальмберг, что обогатил Н.И. Романов, дополнив ценнейшими коллекциями других собраний, всему этому Ирина Александровна привила новые ростки и вывела новый сорт музея, в корневой системе которого памятники древности переплетаются с новомодными течениями современного искусства, экзотические узоры востока мирно соседствуют со строгим западом.
Под кроной музея собираются совсем юные и весьма пожилые зрители. У каждого есть свой любимый зал, свой любимый экспонат. И все ждут новых пространств, новых возможностей, новых впечатлений, в необходимость которых Ирина Александровна не только верила, но и боролась за их осуществление всеми доступными способами.
ЗНАНИЯ
Одаренная от природы прекрасной памятью, Ирина Александровна часто поражала запасом своих знаний мирового искусства и шире — мировой культуры, умением увлекательно рассказать о творчестве конкретного художника или о художественном явлении. Владея несколькими европейскими языками, она свободно ориентировалась не только в культуре разных стран, но в их истории, развитии науки, в ярких событиях, даже в спорте.
Ее лекции, которые она умела и любила читать, и на которые после ухода с поста директора у нее, наконец, появилось время, собирали огромные аудитории. Она никогда не читала текст, но имела перед собой короткий конспект, точнее — список имен и основных положений, раскрывающих тему ее выступления. И эти выступления носили очень личный характер. Это не был сухой набор фактов, но всегда эмоционально окрашенный рассказ о том, что ее по-настоящему волновало, и чем она хотела поделиться.
СТИЛЬ
Ирина Александровна Антонова обладала умением одеваться элегантно и современно, при этом никогда не гналась за модой. Костюмы и платья, пошитые на заказ в ателье, были из разных тканей, она не боялась ярких цветов. Так, на открытие выставки «Москва-Берлин» надела ярко- красный жакет, а супруге президента США мадам Буш показывала французскую живопись из Вашингтонской галереи в платье изумрудного цвета с узорами. На ней все выглядело эффектно, но не броско, и всегда — благородно. Она понимала, что черный жакет с блестками можно надеть на юбилей в Большой театр, но прийти в нем в музей в обычный рабочий день — нельзя.
С возрастом полюбила шарфы и шали, умело сочетала их с одеждой. У нее было несколько украшений — скромное жемчужное ожерелье, броши, пара сережек. Часто носила квадратный перстень с черным агатом. Однажды забыла его в парижской гостинице, где обычно останавливалась. Вернули — постоянный клиент, как-никак. Почти до последних дней ходила в туфлях на небольшом каблуке. По энергичному цоканью каблуков сотрудники всегда узнавали — идет директор.
КУЛЬТУРА
С детства приученная родителями к книгам, музыке, театру испытывала потребность в этом на протяжении всей жизни. Остается загадкой, как при своей загруженности музейными делами, многолетней активной работе в ИКОМе (международном совете музеев), разного рода деятельности в Академии художеств и Академии педагогических наук, многочисленных поездках по всем континентам, уделяя большое внимание своей семье, как при всем этом она успевала ходить в концерты, на премьеры в театры, быть в курсе всех литературных новинок и продолжать читать любимую классику.
В артистическом, музыкальном и театральном мире Москвы у нее было много друзей и единомышленников, были они и среди ученых, журналистов, писателей. Чтобы понять круг ее общения, достаточно посмотреть подаренные ей книги с автографами. Один из них начинается с обращения: living legend. Она и была живой легендой.
КРАСОТА
Красота — это не столько внешняя привлекательность, сколько проекция на облик человека его мыслей, чувств, интересов, это проявление индивидуальности и богатого внутреннего мира. Общение с прекрасными творениями художников, музыкантов, интерес к искусству театра, литературе — все это наполняло жизнь Ирины Александровны. Поэтому в лучшие мгновения жизни, когда она соприкасалась с подлинным, глубоким искусством, лицо ее сияло благодарным светом и независимо от возраста было прекрасно. Именно такой момент на одном из концертов фестиваля «Декабрьские вечера» запечатлела камера.
ЛЕГЕНДА
Нынешний год – юбилейный для нашего Музея. Ему исполняется 110 лет. Ирина Александровна Антонова моложе музея всего на десять лет. Музею было тридцать три года, а вчерашней студентке МГУ – двадцать три, когда их судьбы соединились в 1945 году. Вместе они пережили непростые послевоенные годы, политическую «оттепель», а в 1961 году, когда Ирине Александровне было всего тридцать девять лет, она была назначена на должность директора. Следующие пятьдесят два года судьба музея во многом зависела от ее воли, ее ума, ее смелости. Благодаря ее энергии музейная территория значительно расширилась, подлинные произведения мирового художественного уровня заняли свое место в залах, удачно вписавшись в первоначальную слепочную экспозицию. По инициативе Ирины Александровны и при ее участии были задуманы и показаны замечательные выставки, во многом благодаря ее стараниям возрос международный авторитет музея. После ухода с поста директора в 2013 году Ирина Александровна еще семь лет исполняла обязанности Президента Музея. Семьдесят пять лет служения Музею, служения Отечеству! Ее долголетний труд был высоко оценен. Не перечисляя всех государственных наград, напомним только, что она – полный кавалер ордена «За заслуги перед Отечеством». Для многих людей в нашей стране и за ее пределами она – человек-легенда.
ЭПОХА
Ирина Александровна Антонова. Даже люди, далекие от искусства, от музейной жизни, знали это имя. Большая жизнь этой миниатюрной женщины – эпоха не только в истории нашего музея, но в истории мировой культуры. Она поддерживала тесные профессиональные отношения с коллегами из крупнейших музеев мира, была многолетним членом Международного совета музеев (ИКОМ), и двенадцать лет исполняла обязанности его вице-президента. Общение с художниками нередко перерастали в теплые, дружеские отношения. Достаточно вспомнить о посещении в 1973 году ГМИИ им. А.С. Пушкина Марком Шагалом, когда он назвал атмосферу в нашем музее «воздухом искусства». В годы директорства Ирины Александровны здесь проходили выставки, которые по праву называются легендарными.
Но интересы Ирины Александровны простирались и далеко за пределы профессиональной деятельности. Ее влекли и глубоко трогали музыка, театр. Она была близко знакома со многими выдающимися представителями артистического и музыкального мира. Дружба со Святославом Рихтером принесла замечательные плоды: с 1981 года в музее проходит всемирно известный музыкальный фестиваль «Декабрьские вечера». Без малого шестьдесят лет жизни Ирина Александровна прошли в директорском кабинете ГМИИ им. А.С. Пушкина. Сменялись руководители страны, министры культуры, а она продолжала работать, сидя за столом Ивана Владимировича Цветаева.
