Нам показали Ленина, Сталина, Распутина, Столыпина и Толстого, а закончили отсылками к «Лицу со шрамом» и «Бесславным ублюдкам».
Ставьте лайк и подписывайтесь на канал «Я люблю кино» в Яндекс Дзене, чтобы не пропускать наши новые публикации.
В конце января мы уже писали о сериале Данилы Козловского «Карамора». На тот момент вышло всего два эпизода, поэтому речь шла только о «первом впечатлении». И вот в начале марта показ проекта завершился (всего он вместил в себя восемь серий). Что же получилось на выходе?
Метод «исторической солянки», продемонстрированный на старте сериала, получил мощное продолжение. Если вначале реальные исторические личности появлялись только в качестве приправы к основному блюду, то затем их начали вводить как центральных персонажей. Таковыми стали Сталин (Ваган Сароян), Столыпин (Борис Бирман), Феликс Юсупов (Евгений Шварц) и Распутин (Александр Ильин-младший). Показали зрителям и Льва Толстого (Александр Ильин), и Фёдора Шаляпина (Ильдар Абдразаков), и ещё много кого, что создало впечатление явной спекуляции на популярных фамилиях вместо концентрации на характерах и сюжете.
Впрочем, с развлекательной функцией «Карамора» в целом справилась. История о вампирах-аристократах, противостоящих революционерам-людям, в итоге получила необходимую неоднозначность: некоторые кровососы выглядят вполне себе по-человеческими симпатичными. В первую очередь это относится к Столыпину, озвучивающему «прогрессивную» и довольно забавную идею о том, что вампиры «должны снова стать людьми», и к одному из главных героев Руневскому. Филипп Янковский, сыгравший последнего, сумел удивительно достоверно воплотить образ влюбившегося на склоне лет мужчины, превратившегося под влиянием чувств в романтичного юнца — пожалуй, это не только сильнейшая роль в сериале, но и одна из лучших в нашем кино за последнее время. Хорош и Евгений Шварц, чей Феликс Юсупов являет собой эталон изнеженного дегенерата «серебряного века», способного при этом становиться жёстким и крутым (одна из сцен с его участием это забавный оммаж культовой концовке «Лица со шрамом» с Аль Пачино).
Очень часто создатели «Караморы» демонстрируют какую-то вопиющую пошлость и китч. Так, героиня Дарьи Балабановой говорит главному классику русской литературы: «На словах вы Лев Толстой…» — по-видимому, Козловский и (или) сценарист Александр Фомин считают это жутко смешным. Подобных моментов в картине много: вообще, она практически целиком состоит из самых расхожих банальностей, штампов и анекдотов, относящихся к изображаемому историческому периоду и его деятелям. Из той же серии безумные истории о зверствах «царского режима», когда мерзкие буржуи и дворяне измываются над простым людом, безнаказанно выбивая женщинам зубы, насилуя детей и совершая всевозможные прочие непотребства, что даже для псевдоисторического проекта смотрится неприлично.
Впрочем, как и в других своих фильмах, Козловский стремится к серьёзным кинематографическим высказываниям, и это стремление похвально. Пускай получается у него сыро и не очень внятно, но режиссёр хотя бы стремится сделать универсальное историческое и идеологическое обобщение, что для отечественного кино, увы, большая редкость. Когда истязаемый вампир бросает большевикам: «Вы монстры», в этом явно есть нечто большее, чем просто комиксово-развлекательная глупость.
Завершается «Карамора» своеобразной комбинацией финалов «Бесславных ублюдков» Квентина Тарантино и российского сериала «Чернобыль: зона отчуждения», а так как концовки этих лент были первоклассными, то и здесь они смотрятся хорошо. В целом плюсы проекта Козловского скорее перевешивают минусы, так что вампирский экскурс в историю России можно признать успешным.