В те дни, как мудрость среди тронов одна не месит макаронов…

Мудрость среди тронов, которая не месит макаронов, – это Екатерина Вторая. Вот как она описана в оде «На Счастие»:

В те дни, как мудрость среди тронов

Одна не месит макаронов,

Не ходит в кузницу ковать

А разве временем лишь скучным

Изволит муз к себе пускать

И перышком своим искусным,

Ни ссоряся никак, ни с кем,

Для общей и своей забавы,

Комедьи пишет, чистит нравы,

И припевает хем, хем, хем.

Как пишет Проскурина, «в этом фрагменте, однако, Державин противопоставил русской царице-Мудрости не абстрактных королей, а вполне конкретный дом Бурбонов в лице Фердинанда I, короля Неаполитанского и двух Сицилий (1751–1825), а также Людовика XVI, последнего короля Франции. Первый был известен своим грубым нравом, страстной любовью к макаронам, а также к их производству. Этот «король Фальстаф», по воспоминаниям современников, проводил много времени на рынках, часто в самой «грязной» компании, и сам занимался изготовлением макарон, заказывая для этого соответствующие машины.

Второй персонаж приведенного отрывка – Людовик XVI – увлекался столярным, токарным и слесарным делом; он имел знаменательное прозвище «Le serrurié» («Замочник»): король коллекционировал замки разных конструкций, а ковка по металлу была его любимым хобби. Оба короля были женаты на сестрах, двух дочерях австрийской королевы Марии-Терезии: первый на Марии-Каролине, второй – на Марии-Антуанетте.

Грубость и непросвещенность первого короля были качествами, по мнению поэта, несовместными с выполнением государственных обязанностей. В действительности этот любитель макарон переложил все дела на красивую и деятельную жену. Последний король Франции также не особенно интересовался государственными делами, отдавая явное предпочтение «кузнице» в ущерб всем остальным королевским местоположениям (и трону, и спальне!). Импотенция Людовика XVI воспринималась как символ заката монархии. Все эти качества короля были постоянным объектом памфлетов и политических карикатур, известных и в России».