Лаврентий Палыч вспомнил подробно молодость, девчат, бульбу и коллективный самогонный аппарат: "В ШМАСе по осени выезжали на картоху. Мне понравилось. Дивный солнечный денёк, бульбу в Белоруссии собирать одно удовольствие, идёшь за комбайном с корзинкой, подбираешь с сухой землицы чистенькие клубни.
Не сравнить было с великими шушарскими полями под Питером, где я участвовал за год до этого в битве с урожаем. Ну и в довершение всех плюсов, фланги нам прикрывали студентки Могилёвского педучилища.
Сержант, конечно, предупреждал и стращал всяко, а потом и следил, совместно с девчоночьей классной дамой, зорко за нашим моральным обликом. Но нам за глаза хватило и общения, ведь ничто не сближает так, как совместный труд. Все будущие педагогини мне в тот момент казались не только необыкновенно красивыми, но и интеллигентными девушками с тонкой душевной организацией. Вполне возможно, что именно так и было на самом деле…
К обеду наших боевых подруг погрузили в автобус и увезли в неизвестном нам направлении. Классная из училища при расставании с чувством пожала руку нашему сержанту. Мы долго не горевали, на опушке соседнего лесочка разожгли костёр.
Часть бойцов сунулись в лесок, обнаружили там кучу грибов, набрали в плащ-палатку. Было решено, что завтра идущие в кухонный наряд нажарят их с картошкой и мы устроим ночное пиршество. Потом напекли бульбы, открыли выданные консервы, тут появился этакий народный партизанский дед с огромной сумкой и флягой на тележке.
В сумке звякала явная стеклотара. Дед присел с нами покурить, расспросил о житье-бытье, сам поведал, что идёт в тайную избушку, где у них имеется коллективный самогонный аппарат. Во фляге у него поспевший виноматериал, а в сумке - бутылки, а также змеевик с крышкой от котла.
Всё это он с готовностью нам продемонстрировал, а содержимое фляги даже позволил продегустировать. Но тут нарисовался отлучившийся сержант, прервав наше идиллическое времяпровождение. Велел возобновить битву, а сам отправился с дедом на экскурсию в самогонный схрон местных борцов с перестройкой…
Короче шло всё прекрасно, но тут подъехал наш командир взвода, капитан Трегубов. Человек деятельный и решительный. Деятельно и решительно выдал нам мешок размером со среднего курсанта ШМАС.
Велел собирать в него только самые крупные клубни, из которых потом капитанова жена наделает бульбяных оладий. Оладьями, судя по размеру мешка, семейство Трегубовых собиралось питаться до следующего урожая.
Затем зоркий капитанов глаз заметил завязанную котомочкой плащ-палатку. Услышав про грибы, глаз комвзвода зажёгся плотоядным котовьим огоньком. Он прочёл нам кратенькую лекцию про то, как за годы его службы тысячи курсантов умерли, наевшись ядовитых грибов.
А те, которые не умерли, остались на всю жизнь инвалидами. А командиров, этих объевшихся грибами курсантов, разжаловали в рядовые, били шпитцрутенами и услали служить в Кушку и Капустин Яр…
После лекции наш капитан хлопотливо сложил грибную плащ-палатку в кабину грузовика, сказав, что отвезёт эту отраву на полигон, где захоранивают почву из Чернобыля, и лично проследит за её утилизацией. Мы понуро поплелись наполнять выданный мешок.
Несмотря на все эти досадные недоразумения, возвращались мы довольные и даже немного отдохнувшие. Наш грозный сержант после экскурсии на тайную винокурню как-то подобрел, угощал желающих сигаретами, обещал договориться со взводным и вернуть наши грибы. Обещаниям, как вы уже поняли, не суждено было сбыться…
В часть приехали уже затемно, пока разгружали машину, уже миновал отбой. Нам разрешили сперва пойти помыться в душе, потом ужинали не спеша, пили чай по семейному так. И хотя спать легли уже после полуночи, сильно не горевали. Хороший выдался денёк....
Подписаться или просто поставить лайк – дело сугубо добровольное и благородное…
