Более-менее широко известно, что отец вакцинации от оспы — член Лондонского королевского общества Эдвард Энтони Дженнер, который провёл исследования и эксперименты в 1790-е годы. Чуть менее известно, что прежде практиковалась вариоляция — гораздо более опасная процедура (именно её прошла Екатерина II). Но совсем мало кто знает (и я сам узнал буквально на днях, спасибо подписчику), что эксперименты именно по вакцинации имели место задолго до Дженнера.
Начать тут надо с кое-каких общих слов. Во-первых, вновь поясню разницу между этими процедурами, которая принципиальна. Люди очень давно заметили, что пережившие оспу больше ею никогда не болеют — и догадались, как это можно использовать. Та самая вариоляция, при которой под кожу вводят гной больного натуральной оспой, появилась ещё в Раннее Средневековье.
Проблема в том, что процедура опасная: рискуют и пациент, и врач. Оспа просто страшно заразна и даже в таком "ослабленном" варианте убить может запросто. Однако многие века это было хоть каким-то решением проблемы, потому что при такой невероятно эффективной передаче вируса (вспомним историю вспышки в Москве 1959–1960: прошёл мимо палаты с больным — и заразился) и 20–30% смертности даже чума была не так страшна. От неё хотя бы помогали карантины.
Вакцина же отличалась тем, что использовалась не натуральная, а коровья оспа — это уже вполне безопасно и подходит для массового применения. Вариоляцию и проводить, и принимать решится далеко не каждый.
В итоге именно благодаря вакцинации оспу наконец удалось уничтожить: теперь возбудитель одной из самых страшных на свете болезней существует лишь в нескольких научных лабораториях, на всякий случай.
Далее важно понять то, о чём мы говорили в контексте Амбруаза Паре. Одно дело — кто ту или иную медицинскую штуку описал, ввёл в научный оборот, широко её популяризировал. А другое — кто прежде имел на эту тему некий практический опыт, использовал и передавал кому-то напрямую. Не всегда, но весьма часто полноценным открытиям в медицине (в научном смысле) предшествует как раз такая "несистемная" практика.
Так вышло и с вакциной от оспы.
К XVIII веку довольно большое число европейцев уже обратило внимание, что заразившиеся не особенно опасной коровьей оспой доярки потом уже никогда не болеют оспой натуральной, опасной смертельно. До Дженнера об этом даже писали учёные: Джон Фьюстер в 1765 представил доклад Cow pox and its ability to prevent smallpox. Есть сведения о том, что такой "лайфхак" с середины XVIII века вообще был широко известен врачам, по крайней мере в Британии и немецких землях.
Возможно, первым эксперимент по вакцинации поставил в 1769 немец Йобст Бозе, однако сведения размытые. Больше данных о шести "до-дженнеровских" случаях с 1770 по 1791, и наиболее хорошо описанный среди них — Бенджамин Джести, портрет которого вы видели утром.
Джести был средней руки фермером из Йетминстера, что на самом юге Англии. Он переболел коровьей оспой, а когда в 1774 окрестности поразила очередная вспышка оспы натуральной — уже не беспокоясь за себя, решился привить жену и двух сыновей. Мальчики перенесли вакцинацию легко, жена чуть хуже, однако сработало у всех.
Как и в описанном по ссылке случае Коттона Мэзера (да, того самого, который больше известен по Салемскому ведовскому процессу), соседи к идее Джести отнеслись крайне негативно. Но хотя бы гранату в окно не кинули. Случай был задокументирован, однако остался практически никому не известным до начала XIX века.
Тогда Дженнер за свою работу уже получил большую славу и немалые деньги: ну конечно же, тут-то сразу нашлись желающие доказать, что он не первый такой новатор. В 1805 Джести свозили в Лондон, представив там научному сообществу. Определённое признание он наконец получил, однако заслуг Дженнера это не отменило: всё-таки именно он сыграл ключевую роль в выходе идеи вакцины из области эмпирического опыта конкретных врачей (и фермеров, ага) в настоящий научный оборот.
Ситуация с важными открытиями в науке и технике (вспомним здесь печальный пример Гутенберга) примерно такая же, как с первооткрывателями земель. Ну да, викинги побывали в Америке за 500 лет до Колумба, только какая разница — если это не повлекло за собой важных последствий, в отличие от?
С другой стороны, да: часто великие открытия берутся вовсе не с пустого места.
Автор - Андрей Миллер. Подписывайтесь на Grand Orient и читайте больше его статей!