Это было в 80-ых годах в небольшом райцентре. Пенсионерка, Лидия Никитична, возвращалась домой от дочери на рейсовом автобусе, который каждый час совершал по поселку полный круг.
- Сейчас зайду домой, - планирует женщина, - возьму банку и схожу в молочный магазин, как раз все свеженькое должны привезти.
Сказано - сделано. Выходит она из дома, а на улице -долгожданный дождь, о котором еще вчера синоптики предупреждали.
- Ой, а зонт-то я в автобусе забыла, - всплеснула руками бабулька и быстренько рванула на остановку - автобус должен вот-вот подойти, у него как раз возле молочного магазина остановка. Только бы никто себе не забрал, этот зонт ее гордость, его сын на день рождения подарил, привез аж из самой Алма-Аты. Она его, как зеницу ока, берегла. А тут, надо же - забыла, растяпа! С волнением дождалась Лидия Никитична автобус.
- Вот ваш зонт, - улыбнулся водитель, - народ у нас честный, сразу же отдали мне лично в руки.
От сердца отлегло. Старушка от всей души поблагодарила честного водителя и порядочных пассажиров. Со светлыми мыслями и теплой благодарностью в сердце, совершенно довольная, она покинула автобус, который загрузив пассажиров, тут же умчался.
Пришла Лидия Никитична в магазин и спохватилась: а сумку-то с банкой в автобусе забыла, пока с водителем болтала.
- Вот, растяпа! - рассердилась сама на себя женщина, но решила к автобусу больше не подходить, чего позориться? Что у ней банок и сумок мало? Слава Богу, не дефицит. Сумок сама нашила, а банок трехлитровых из-под соков знатно накопила - полная кладовка.
Пришлось снова идти домой за посудой - молоко на разлив продавали. Снова вернулась в магазин - накупила молока, творога, выходит на крыльцо, а автобус тут как тут, снова пришел.
Водитель уже сам, увидев ее, весело крикнул через окошко:
- Бабушка, сумку свою заберите!
- Ой, спасибо, сынок, - засуетилась женщина, поставила сумку с покупками на клумбу и забрала у водителя протянутую банку.
В этот момент к ней подошла соседка:
- Что это ты, Никична, с молодыми водителями заигрываешь? - шутливо спросила она, - пошли в хлебный, там как раз свежий хлебушек привезли, горячий еще...
- Ну пошли...
Идут в магазин, по дороге Никитична про свои приключения рассказывает, смеются...
- Склероз, понимаешь, приключился, целый день все забываю...
- Да ну, какой еще склероз, - оживленно перебивает ее соседка, - молодые мы еще, это просто память у тебя девичья.
Выходят с хлебом и видят, как собаки какую-то сумку на клумбе дербанят.
- Ой, смотри, Никитична, собаки чью-то сумку с покупками разорвали.
- Ой, - всплеснула руками бабулька, - да это ж моя сумка!
После этого случая она уже никогда ничего не забывала, память девичья, оказывается, излечима...
Ералаш, да и только!
На носу дачный сезон, и вот решила пенсионерка Людмила Ильинична купить мужу современную штормовку защитного цвета.
Уговорила его сходить в магазинчик-склад, который не так далеко от дома открылся.
Заходят, а там как раз у входа продавец стоит в такой куртке, нога на ногу, руки сложены на груди, стоит, откровенно скучает.
- Добрый день, - поздоровался с ним супруг, Петр Данилович, - мне бы вот точно такую же курточку, сколько она у вас стоит?
В ответ - тишина. Может, задремал? Да нет, вроде глаза открыты.
Муж повторил свою просьбу. Опять молчание и полный игнор. Петр Данилович уже начал закипать, Людмила Ильинична его успокаивает, как вдруг откуда-то из подсобки нарисовался другой продавец:
- Какая модель вас интересует?
Но дедуля уже завелся:
- Зачем вы держите такого работника? - негодовал он, - никакого уважения к покупателям. Я это так не оставлю. Где ваша жалобная книга?
По лицу продавца пробежала тень явной усмешки, которую он тут же подавил.
- Ах, и вы туда же - насмехаться? - рассердился старик.
- Да нет, что вы, просто... это у нас манекен.
Тут уж продавец не выдержал и фыркнул, сдерживая себя, чтобы не расхохотаться. Видимо, этикет ему не позволял это сделать.
Петр Данилович заморгал глазами и тут же поторопился к выходу. Супруга за ним.
- Без куртки обойдемся, - пробурчал он уже на улице, - тем более, модель совсем не понравилась...