Внезапно вчера стала вспоминать всевозможные достижения в личной терапии. Достижения в смысле «результаты», которые, впрочем, иногда реально ощущаются подвигами. Среди прочего вспомнился момент осознания своей злости на психолога в целом ряде ситуаций.
Психологи, они же постоянно задают вопросы. Эти противные «что чувствуешь?» или «и какая ты в этот момент?» а также другие, которые иногда не очень-то и нравятся. А иногда и совсем не нравятся.
И вот с некоторыми вопросами было очень сложно. Отвечать не хочется. Когда-то я ещё не умела так и сказать, что не хочу сейчас отвечать, не готова поднимать тему, что мне неприятно... Я использовала привычные стратегии, такие же, как в повседневной жизни. Уходила от темы, выкручивалась каким-нибудь хитрым образом, долго молчала... Иногда вопрос в результате снимался. Но иногда терапевт оказывался настойчив. И это было очень неприятно.
В какой-то момент я впервые поймала себя на желании сказать: «Вы злая. Вы издеваетесь. Вы заставляете меня отвечать на эти ужасные вопросы». Но озвучивать негативные чувства к другому — было ещё чем-то очень далёким от моих привычных стратегий. Поэтому я просто молчала, но уже замечала. «Вы злая». Терапевты менялись, а эта фраза периодически возникала в голове и даже уже вертелась на языке.
В какой-то момент я снова попала в ловушку с неудобным вопросом. Тогда я уже даже умела заявить, что не готова сейчас встречаться с чем-то. Но тут же такое дело, что встречаться неприятно, а решить проблему хочется. И вот я в очередной раз хочу сказать: «Вы злая. Вы издеваетесь». Хочу сказать и понимаю, что это же не она, это я сейчас злая. Просто мне почему-то сложно именно сейчас предъявить свою злость терапевту, хотя в других ситуациях очень даже получается. Именно сейчас я не могу заявить: «Я на вас злюсь, потому что мне становится больно после ваших вопросов, потому что вы — источник моей боли сейчас».
После этого осознания я решилась сказать, что чувствую злость, но хочу заявить именно: «Вы злая».
— Я сейчас хочу сказать, что вы злая... — начала говорить я.
— За что на меня злитесь? — спросила терапевт.
Так работает проекция.
Может, помните, одно время в виртуальных баталиях часто использовали это словечко, желая доказать собеседнику, что он сам дурак, но проецирует это на других, сам всех желает вывести из себя, но за счёт проекций ему кажется, будто это всё другие выводят его из себя.
Проекция — бессознательный перенос собственных неприемлемых чувств, желаний и стремлений на другое лицо. В его основе лежит неосознаваемое отвержение своих переживаний, сомнений, установок и приписывание их другим людям с целью перекладывания ответственности за то, что происходит внутри «Я», на окружающий мир. Субъективно проекция переживается как отношение, направленное на тебя от кого-то другого, тогда как дело обстоит наоборот.
К чему я об этом пишу? К тому, что я пишу о материнстве, а многие мамы очень болезненно воспринимают обвинения детей.
«Ты злая!»
«Ты плохая!»
«Ты меня не любишь».
«Ты меня ненавидишь».
«Ты плохая!»
Совмем маленькие дети порой говорят такое. Даже не говорят, а кричат.
«Злая-злая мама!»
И некоторые мамы, которые очень хотят быть добрыми и хорошими, порой сильно ранятся. Начинают обвинять себя, считают себя плохими. Ребёнок же врать не будет. Маленькие дети же не умеют врать.
Малыши, действительно, не умеют врать. А ещё они не умеют осознавать свои эмоции. Учатся, но не умеют. Поэтому многое проецируют. Проекция переживается ребёнком, как отношение (например, мамы), направленное на него, тогда как дело обстоит наоборот. Использование механизма проекции естественно для маленьких детей. Понимание этого механизма позволяет уяснить, почему приписывание ребёнком не лучших поступков или качеств другому оборачивается саморазоблачением.
Когда малыш топает ногами и кричит маме, что она злая, вполне вероятно, что на самом деле он ощущает злым себя. Злость часто же называется плохим чувством. А тот, кто злится, называется злым. Злой. Тот, который на стороне сил зла. Злой колдун, злой волк, злодей, плохой. И вообще, злиться на маму страшно. В конце концов, ребёнок чувствует, что зависим от родителей, что без мамы не выживет. То есть он нуждается в маме. Но при этом и злится. По мере взросления появляется способность выдерживать одновременно амбивалентные чувства. В раннем же возрасте возможен лишь один полюс. Вот и получается, что злиться на маму невозможно. Но злость-то от этого никуда не исчезает. Так и приходится использовать проекции, переворачивая картинку, представляя всё так, что это мама злая, это мама злится.
Аналогично и с другими высказываниями. Про злость, плохость, ненависть, жадность... Это всё ребёнок ощущает про себя. Это он сейчас зол, жадный, испытывает ненависть, ощущает себя плохим. Это не про маму.
По мере взросления ребёнок начнёт осознавать свою злость. Можно ему помочь, называя это чувство и убеждая, что любите его даже, когда он на вас злится. Проблемы могут быть, если в семье, например, злость под запретом, если быть злым плохо, если злых не любят, если ребёнок понимает, что маме настолько больно, когда на неё злишься, что она может разрушиться. (Аналогично и с другими чувствами).
Однажды ребёнок вместо «ты меня не любишь» или «ты злая» сможет сказать про себя. Вероятно, это будет сопровождаться не самым бережным отношением к объекту злости. С этого начнётся новый этап, за которым следует уже то, что мы называем экологичным предъявлением и проживанием. Всему своё время.
#тёмная сторона материнства психология #психология #воспитание ребёнка #тёмная сторона материнства личный опыт #материнство