Слушая краем уха новости, я вдруг узнала, что одна из "самых демократичных стран мира" Великобритания почти запретила к прочтению роман "Приключения Оливера Твиста" Ч. Диккенса.
Формулировка была примерно следующая:
"Роман не рекомендован к прочтению, так как в книге содержится шокирующая информация, которая может расстроить или ужаснуть читателя".
Ничего себе. Какие там на Западе все нежные стали. Жизнь бездомного мальчика их вдруг может шокировать.
И это делает Англия, которая позиционирует себя чуть ли не самой демократичной страной. У них разрешен всякий толерантный бред, но мировые шедевры литературы вдруг оказались недостойны этого.
А вот все эти фрики и другие "клоуны" их не шокируют?
Таким образом можно всю мировую литературу запретить, иначе она, не дай боже, расстроит кого-то, и этот кто-то вдруг начнет плакать и страдать.
Если так рассуждать, то романы нашего Федора Михайловича Достоевского - это
вообще ужас-ужас. Одно описание убийства старухи-процентщицы Родионом Раскольниковым в "Преступлении и наказании" чего стоит.
А у нас этот роман является программным. Его в школе изучают, сочинения пишут. И ничего, как-то живем дальше.
Или произведения того же Виктора Гюго также рассказывают о трудной жизни людей XIX века. Например, "Человек, который смеется" весь построен на страшной судьбе изуродованного еще в детстве юноши.
Американские борцы за справедливость почти запретили все произведения Марка Твена. Якобы рабство в них показано неправильно. Хотя в эпоху, когда жил писатель, к рабству было именно такое отношение. Это надо признать и принять как данность и идти дальше.
И забывают вот такие деятели, что литература - это зеркало тех времен, когда жили писатели. Что благодаря большинству художественных произведений, мы можем изнутри узнать, как жили люди в ту или иную эпоху.
Читая роман или повесть, мы постепенно должны осознавать, что так жить нельзя. Что нужно менять нашу жизнь к лучшему. Именно литература может нас к этому подтолкнуть.
Тогда и сказки стоит запретить, следуя логике западных "толерантистов". Русалочка в одноименной сказке Ганса Христиана Андерсена погибает в конце. Это же Уолт Дисней решил, что должен быть хэппи-енд.
Да и в принципе, все сказки изначально были предназначены для развлечения взрослых. Это уже позже Ш. Перро и братья Гримм их "причесали" и "облагородили".
В изначальных вариантах этих сказок было столько насилия и крови, что любой триллер бы "обзавидовался".
А наши русские народные сказки, с точки зрения западный специалистов, сплошной мрак. Вспомните хотя бы сказку "Колобок", которая входит в круг детского чтения. Колобка в итоге съедает лиса. Вот же шок должен быть у ребенка. Но нет, мы объясняем своим чадам, что нужно слушаться взрослых, чтобы ничего плохого не произошло.
Также был сборник русских народных сказок под редакцией Афанасьева, где есть отдельный раздел, который так и называется "Страшные сказки". Здесь и про вампиров, и о привидениях и пр.
Читаешь их, боишься, но все равно хочется продолжать.
Все дело в том, что, когда читаешь о страшном, ты, во-первых, понимаешь, что это выдуманный мир, а во-вторых, получаешь определенный опыт, который может пригодиться в будущем.
Запрет литературы - это путь в никуда.
Мы уже проходили это в ХХ веке, когда были списки книг, которые можно было издавать, а какие нет.
Итогом стало то, что в конце 80-х - начале 90-х годов на прилавки хлынула вся "запрещенка". И вдруг даже самые низкопробные неизданные при советской эпохе произведения стали превозноситься, как великая литература.
Конечно, постепенно и критики и литературоведы разобрались, что на самом деле есть великое, а что всего лишь графоманская чушь.
Но на это потребовалось много времени. А главное - здравого смысла, который на современном Западе почти отсутствует.
Подписывайтесь на мой канал и пишите свои комментарии.